"
"— Да, я прошел несколько курсов занятий с психотерапевтом, и он сказал, что я вполне открыт и готов к новым отношениям, — Макс чешет бороду и слегка щурится. — А ты, Ева? Что делаешь сегодня вечером?
Нервно сглатываю и слышу, как шумит в ушах. Общение с Максом не предвещало ничего такого, отчего бы он мог подумать, что я свободна. Не знаю в чем мой промах и где я дала повод, но мне нужно собрать волю в кулак и достойно отказать ему, чтобы в следующий раз подобное больше не приходило ему в голову.
— Не подумай ничего такого, Ева, — Макс похлопывает меня по плечу, но внутреннее напряжение не проходит.
— Прости, Макс, я не приду.
— Почему? — искреннее недоумевает он.
Руку с моего плеча не убирает, отчего уровень моего личного комфорта резко падает вниз. Хочу отодвинуться от него и уже придумываю подходящие слова для отказа, но кто-то опережает меня.
— Убери от неё руки, — слышу твёрдый голос на английском позади себя.
Только потом слышу шаги, вижу тень и мощную мужскую фигуру за своей спиной. Голос мне до боли знаком, потому что он принадлежит Куратову.
Я стою словно приросшая к земле. На улице вдруг становится холодно, по коже разбегаются мурашки, а сердце ускоряет ритм и спустя несколько секунд рвётся из груди.
Боюсь поворачиваться назад, боюсь двигаться, боюсь, что мне показалось и на самом деле это не он.
— Ева, ты знаешь его? — допрашивает меня Макс. — Я могу вызвать полицию, если этот человек тебе незнаком.
— Я её муж, Макс. Поэтому, по-хорошему прошу, убери от неё свои руки.
Глава 47
* * *— Я её муж, Макс. Поэтому, по-хорошему прошу, убери от неё свои руки.
Возможно, Макс не верит его словам, потому что за почти девять месяцев жизни здесь, он ни разу не видел моего мужа в глаза, но руку на всякий случай убирает. Руслан умеет напирать и убеждать, уж это я точно знаю.
Сделав над собой усилие, все же поворачиваюсь назад и мысленно молюсь о том, чтобы видение никуда не испарилось… пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Всё происходит словно в кадрах замедленной киносъемки.
Я настоящая. Целиком и полностью твоя.
Меня будто ударили в грудь и сбили дыхание. Открываю рот, пытаюсь произнести хоть что-то членораздельное, но сквозь боль, разрастающуюся внутри меня, не могу этого сделать. Изо рта вырывается громкий всхлип.