Банкиры прибыли в точно назначенное время. Отказываться от подобного приглашения значило не только лишиться своего человека в важном регионе, постоянно лоббирующего интересы банков, но и нажить в его лице крупную неприятность. Каждому было известно, что господин Лукьянов не прощает ни малейшего промаха, а неявку на встречу невозможно будет списать на обыкновенную забывчивость. Скорее всего, он расценит подобную выходку как дерзкий вызов. Ни один из них не сумел бы потягаться с Валерием Валентиновичем в открытую, а потому они вынуждены были взирать на Лукьянова со смирением ягнят, оказавшихся волей случая в логове волка.
– Наша встреча деловая, а потому я бы не хотел утруждать вас долгими разговорами и хочу сразу перейти к делу, – обратился к ним Валерий Валентинович, когда гости расположились на мягких креслах. – Мне нужны деньги. Я тут посчитал, – он положил на стол несколько листков бумаги, – около ста миллионов долларов.
На лицах банкиров отобразилось явное недовольство.
– Мы очень ценим ваше расположение, уважаемый Валерий Валентинович, но мне бы хотелось заметить, что вы просите очень большие деньги. Это кредит не на несколько месяцев, как я понимаю, а на долгие годы! Или это не так? – вежливо поинтересовался Семен Лившиц, шестидесятипятилетний глава акционерного коммерческого банка.
Старик был одним из первых, кто начал разворачивать банковскую деятельность в России. В молодости он трижды привлекался за мошенничество и всевозможные аферы. Но даже прессинг российских лагерей не сумел задавить в нем финансового гения. За несколько месяцев он сумел сделать то, что на Западе не удавалось сотворить поколениям потомственных банкиров.