Осмотрелся вокруг…и заметил Икрама сидящего у костра, прикармливающего кусками мяса, оголодавшего Анмара. Направился к нему и махнул рукой, когда тот в почтении встал и склонил голову. Но тот даже не пошевелился, продолжая смотреть себе под ноги и Аднан остановился напротив старика, понимая, что тот чувствует за собой какую-то вину.
— Она здесь, мой господин…ваше право наказать меня и даже казнить…мне не хватало рук. Она не наша. Вызвалась помогать, и я позволил.
Начал опускаться на колени, но Аднан удержал его за плечо.
— Что значит вызвалась помогать?
— Пришла ко мне и попросила ухаживать за ранеными, а мы с Казимом не справлялись. Она провела здесь целый день… и я думал вы проспите до утра.
— Где она?
Очень тихо, но старик в эту же секунду зашептал молитву и сложил вместе обе руки.
— Я сейчас отведу…она спит. Устала. Много раненых, много операций. О, мой Господин, я так виноват. Велите меня наказать.
Идет впереди Аднана, который все еще держится за грудь и следует за знахарем, не веря своим ушам.
Подул ветер и Аднан наклонился, чтобы накрыть обеих одеялом, затем развернулся и пошел к костру Икрама, опустился рядом с ним на песок и усталым голосом сказал:
— У меня разошлись швы. Подлатай меня. Сегодня ты не умрешь…но ты отвечаешь за нее головой. Завтра я найду тебе помощника, а ее приведешь обратно в мою хижину.
ГЛАВА 20
Она не пришла утром. Да, он ждал, что строптивый старик приведет девчонку, но этого не случилось и ибн Кадир начал чувствовать, как внутри просыпается волна ярости, она бурлит и колышется, набирая обороты и увеличивая амплитуду.