Его голос имел столько разных оттенков и интонаций, что я буквально видела все, что он мне рассказывал. Видела его ребенком и даже видела с ним красивую женщину с длинными волосами и диковинными зелеными глазами.
— Мама сказала, чтоб я долго всматривался в горизонт и тогда я увижу тот самый замок, который построил для нас отец и куда мы непременно отправимся однажды все вместе и будем там счастливы вечно. У того замка золотые башни, а окна сверкают миллионами бриллиантовых граней…а за высокими стенами раскинулся диковинный сад с экзотическими деревьями….
По мере того как он говорил у меня начал появляться перед глазами замок, вдалеке в плавящемся от жары воздухе. Шпили золотых башен выступили из-за облаков, как и высокий резной забор. А из окон лучи солнца отражались косыми полосками света. По коже пошли мурашки от увиденного…словно я схожу с ума и вижу все что «рисует» мне голос Аднана.
— Но едва садится солнце…замок исчезает и растворяется в сумраке ночи. Отец нарисовал для нас с мамой красивый мираж.
Голос слегка дрогнул. А я встрепенулась и очертания строений начали расплываться и таять, пока совершенно не исчезли, и я повернула голову и посмотрела на Аднана. Он все еще смотрел туда за горизонт.
— Не правда…я его увидела. Если мираж видят двое…разве это мираж?
Усмехнулся как-то горько и мне даже не верилось, что я вижу его именно таким. Внутри что-то больно дернулось и мне до дрожи захотелось обнять его и прижаться к нему всем телом, чтобы прогнать это выражение с его лица, прогнать эту поволоку тоски и печали в невероятно красивых глазах.
— Мираж могут видеть и тысячи. Это долина смерти. Здесь люди видят самые жуткие и самые красивые явления в мире.
— Но ведь ты говорил не о природном явлении, Аднан.
Опустил на меня взгляд и зарылся обеими руками мне в волосы, привлекая к себе.
— Я говорил о лжи, Альшита и о том, как иногда легко нарисовать ее для кого-то. Только однажды рано или поздно мираж обязательно исчезает.
— А если рисовать правду?
— Ты все еще веришь в правду?
— А ты нет?
— Я давно не знаю во что мне верить…очень давно. Но иногда я прихожу сюда, чтобы посмотреть на все великолепие лжи и увидеть, как быстро она тает в сгущающейся реальности.
А потом вдруг резко схватил меня за волосы сзади и дернул к себе.
— Не рисуй мне миражи, Альшита. Никогда! Поняла? Называй меня господином.
Я его поняла, но соглашаться с ним не торопилась.