Густые волосы пшеничного цвета заплетены в косу.
Прислушиваюсь к внутренней акустике. Нигде не екает и не жмет. Тишина в эфире. Бизон выглядит довольным и иногда дотрагивается до пышки, которая заливается хохотом, не стесняясь, широко… до самых гланд, явно переигрывая. Пожимаю плечами. Выкидываю стаканчик в урну. Меня Кирилл не заметил или сделал вид…
— Мам, пошли к елке! — машет руками сынишка, показывая на большую искусственную конусообразную конструкцию. Уже вечереет, и на ели вспыхивают огни, голубые и красные.
Свист. Хлопушки бахают, шарахая по моим нервам дробью.
Какие-то идиоты решили сделать хоровод вокруг, цепляя одного за другим из стоящих рядом с новогодним символом. Господи, дай мне сил! — просто держусь за мужика и меня тянут в ту сторону, орущие: «Маленькой йолочке холодно зимой…». Надо было закатиться ближе к «дереву», пусть бы они мотали круги вокруг меня, но уже поздно жалеть. Где-то в этой цепи Олег и Мишка.
"— Правда, было весело? — сын притомился и, откинув голову на спинку сидения, зевал, прижимая к себе плюшевого медведя — подарка от Дедушки Мороза со стороны отца. Киваю в зеркало его отражению. Я отмучилась, скоро будем дома. Заберусь в горячую ванну с пеной и распарю свои бедные ноженьки, пока Миша распечатывает подарки, подкинутые под елку… Якобы, Мороз приходил, пока нас не было дома.
Я даже представила этот опрос: «Как вы встретили Новый год?». Отлично! В ванне отмокала и была счастлива… Счастье прячется в мелочах. Сын доволен. Миша уснул, не дожидаясь курантов. После водных процедур, завернувшись в халат, переключаю каналы с бокалом глинтвейна, который согревает мне душу. Приблудный кот, сожрав весь сервелат с тарелки, позволяет себя гладить.