Нестерпимый жар и огонь внутри меня требовал немедленно выпустить его наружу.
— Эрика! — услышала я испуганный голос декана спецкурса за моей спиной. Я обернулась и увидела, что Кристиан бежит следом и уверенно догоняет. Желая оказаться как можно дальше от всех, кто был в кабинете де Форнама, я лишь ускорила шаг.
Добравшись до боевого поля — места, где можно было безопасно выбросить избытки магического дара, я развернулась и крикнула ему:
— Не подходите! Оставьте меня в покое!
В следующее мгновение мощный сноп искр сорвался с моих пальцев и я, отчаянно крича, подняла руки вверх, выпустив в небо высокий столб пламени.
“Что происходит?” — с ужасом думала я, глядя как пальцы светятся изнутри красно-оранжевым светом, как раскалённый металл в кузнице. Я чувствовала, что с минуты на минуту случится что-то плохое, но ничего не понимала.
Де Ареон достал из кармана кристалл связи и когда тот засветился, что-то в него прокричал, а затем сделал уверенный шаг ко мне настречу.
— Эрика! — воскликнул декан спецкурса. — Ты меня слышишь?
Я кивнула, но как только открыла рот, чтобы ответить, изо рта вырвалось алое пламя, чуть не спалив Кристиана: тот успел отпрыгнуть в сторону в последнюю секунду. На мгновение мне показалось будто я превратилась в огнедышащего дракона и никогда больше не верну себе человеческое обличье.
— Эрика, постарайся сохранять спокойствие! Замри на месте и сделай глубокий вдох! Мысленно представь, как внутри тебя медленно-медленно гаснет пламя. Не старайся погасить его разом.
Глубоко вдохнув ртом холодный осенний воздух, я почувствовала небольшое облегчение, но затем жар накатил с новой силой.
— Больно! — закричала я. Слёзы появлялись на моих глазах и тут же испарялись с раскалённой докрасна кожи. — Мне больно! Не могу! Уходите!
Де Ареон сделал ещё один шаг в мою сторону, но тут же отступил, не в силах вытерпеть опаляющий жар.
По венам как будто разливалась вязкая лава вместо крови. Извергнув изо рта очередной столб пламени в ночное небо, я взвыла от нестерпимой боли.
“Это конец. Сейчас исчезну, перестану существовать как человек, и превращусь в живое пламя, которое прогорит и навсегда погаснет”, - мелькнула мысль.