Я покачала головой и для верности замахала перед собой руками, радуясь, что преподаватель не видит меня за спинами сидящих впереди адептов.
— Никаких отличников, спортсменов и… В общем, никаких Томов, — зашипела я на Джейду, но она в ответ лишь улыбнулась да подмигнула. — В мои планы входит прилежно учиться здесь до выпускного. Подчёркиваю — учиться, а не вступать в сомнительные интрижки с адептами, и уж точно не с однокурсниками-боевиками.
Джейда с де Нурой переглянулись, но промолчали.
— Адептка Агна, — преподаватель прервал монотонный рассказ и суровым голосом окрикнул одну из девушек непримечательной внешности, что сидела через два ряда от нас."
"“Выйти из строя”, - я мысленно дополнила фразу голосом Альсара и тут же прижала ладонь ко рту, чтобы не рассмеяться. Интересно, как бы смотрелся Аллен в мантии и очках, да ещё и с книжкой в руках посреди аудитории, забитой адептами сразу трёх факультетов? Это там у себя на боевом поле он чувствует себя расслабленно и вольготно перед кучкой парней, страдающих избытком тестостерона.
Мои мысли прервали жалобные мольбы адептки:
— Господин Майро, дайте мне возможность загладить это недоразумение!
Я прослушала, чем именно провинилась Агна, но вне всяких сомнений, именно этот голос я слышала ночью в коридоре! Значит, это она задолжала некому Тёмному какую-то сумму и если не вернёт в ближайшее время, его подельники провернут явно нехороший План Б!
Поглядывая то на хлюпающую носом адептку, то на преподавателя, который невозмутимо продолжил читать лекцию, я задумалась.
Что же мне делать? Подойти к ней после занятий и напрямую спросить: что это за Тёмный, и какую сумму она ему задолжала? Да она примет меня за сумасшедшую и попросит не лезть не в своё дело. Или рассказать кому-то из преподавателей о моих опасениях? Но кому? И что я им расскажу? “Извините, я тут подслушала ночью разговор, а на следующий день подслушала второй.
А может, притвориться, что я ни о чём не знаю? Жить себе дальше и приложить все усилия, чтобы не вылететь с факультета боевых заклинаний? Нет, сердобольная Эрика Корра себе не простит, если с девочкой действительно приключится беда.