Миша стоит спиной ко мне, и эта спина абсолютно спокойна. Монументальна, во. Закуривает, вкусно выпускает дым. У меня пересыхают губы. Курить, что ли, хочу? Или чего другого?"
"– Выпусти девочку, живо, – уже на подходе орет капитан, и рожа его становится похожа на стоп-сигнал на железнодорожном переезде. Красная и пульсирует.
– Ты кто такой?
Голос Миши спокоен. Равнодушен. И жаль. Очень жаль, что я не вижу его взгляда. Но мне и так хватает эмоций.
– Это ты кто такой? Я сказал, выпустил девчонку!
– Малех, ты хочешь к этому дядьке? – громко спрашивает Миша, и я ойкаю и дергаюсь.
А потом звонко выкрикиваю:
– Нет! Пусть лесом идет!
– Мужик, ты слышал. Девочка не хочет к тебе идти.
Голос Миши все такой же равнодушный, а меня отчего-то пробивает на дрожь. И хочется плотнее сжать бедра. Ух ты! Вот это да!
– Я тебе не мужик! – капитан наконец вспоминает о том, кто он, и вытаскивает корочки. Которые на Мишу не производят никакого впечатления. Он не смотрит на них, курит, молчит. – А теперь открыл машину и отдал мне девчонку.
– На каком основании?
– Какое, бл*, основание? Она задержана за нападение на сотрудника полиции и причинение телесных!
– Вызывай наряд. Я таких корочек напечатаю хер знает сколько.
– Да ты ох*ел? Ты кто такой? Документы!
– С какого хера?
– Нет документов? Наряд вызываю!
– Давай. И ствол не лапай. У меня регистратор в машине.
Тут я поворачиваюсь и реально вижу регистратор.
И в этот момент у меня только одна тупая абсолютно мысль: писал ли он то, что происходило в машине?
Похоже, вообще я неадекватная.
Тут капитан решает сменить тактику, понимая, что наезда не выходит качественного, и говорит примирительно:
– Слушай, мужик, тебе зачем проблемы? Она на меня напала, при исполнении, и закрыть ее – вопрос времени.
Миша долгих несколько секунд смотрит на него, и я в это время буквально обмираю. Потому что закрадывается мысль, что сейчас подойдет, откроет двери и выпустит меня.