Меня сначала удивила просьба заехать в клинику, но все сложилось как нельзя лучше. У меня не остается места для сомнений, хоть я и без того доверяю Семену. Но так нет лазейки даже для гормонов. Насчет угроз я не блефовала, пусть попробует сунуться. Но это в крайнем случае. Все же я уверена, разбираться с левыми женщинами — дело мужчины.
Сам загул мужа с Матвеем меня не взволновал, хоть для порядка я и поворчала. Кононов не то чтобы дружит с алкоголем… В общем, у них нормальные деловые отношения. Семен не злоупотребляет.
Но если честно, эмоций у меня больше, чем перед самой шикарной вечеринкой. Рядом будет любимый, мы узнаем пол нашего ребенка. В голове скачут розовые пони, никакого настроя на работу. Нужно сообщать в камеру важные местные новости, а я хочу глупо улыбаться. Декрет уже не выглядит вселенским злом, но сердце сжимается при мысли о моем детище — программе.
Дубовский пока меня не трогает, пиарит свою Аделину.
— Здравствуй, София, — голос Дубовского добрый, что подозрительно, — проходи, присаживайся.
Вхожу в обновленный офис начальника. Инстинктивно поправляю на животе бежевую тунику. Как будто хочу защитить самое дорогое.
— Новогоднее настроение у народа! — Анатолий откладывает смартфон и обращается, наконец, ко мне. — В голове гулянки и выходные.
Усмехаюсь.
— Ну, у нас не та профессия, чтобы расслабляться в праздники.
Дубовский останавливает на мне внимательный взгляд.
— Нам вообще надо всегда быть в тонусе, — заявляет он, — как раньше — в прямом эфире работали! А сейчас все материалы снимаем за несколько месяцев.
Напрягаюсь.
— Слушаю.
Дубовский переходит к сути.
— Ты знаешь, раньше я работал на ПСК-ТВ, — он называет один из старых телеканалов, — ушел от ребят по добру, у меня всегда так! Друзья в наше время — главная ценность. Так вот, у них есть шоу, где они приглашают гостей на интервью.