Больно не будет

В губы — пока комплексует, рот его по-прежнему не слушается. Но это хорошо, если бы и в губы тоже — я бы не выдержала эмоционального накала."

"Меня колотит будто от холода, когда берусь за край его майки и тяну ткань вверх. Он отпускает меня лишь для того, чтобы избавиться от футболки и бросить ее к ногам. Я тут же льну к его голой груди, жадно втягиваю в себя аромат его кожи, словно больше мне вообще ничего не нужно в этой жизни. Нерешительно веду языком от соска и выше, поглаживаю волоски на его животе пальцами.

Он совершает глубокий рваный вдох, чуть шире расставляет ноги, давая себе больше опоры.

Он мне нравится, такой не может не нравиться.

Одна его ладонь на моей талии, второй он с нажимом ведет по моей ноге, отрывает ее от пола, чтоб тут же закинуть к себе на бедро, раскрывая меня. Я обхватываю его шею и, получив опору, в следующее мгновение делаю рывок и обвиваю ногами его талию. Он тут же толкается в меня, плотнее прижимая к стене, наваливаясь сверху.

— Катенька моя, — у него такие интонации, что мое сердце разрывается снова и снова.

Я не понимаю, как такое вообще возможно! Не уверена, что такие сильные эмоции в принципе можно пережить. — Катенька, скажи, что ты готова, — говорит он тихо и толкается в меня бедрами. От ощущений меня едва не выкидывает из этой реальности. Он как раз у меня между ног, трется о самое чувствительное место. — Катя, маленькая, мне нужно согласие, — говорит он сбивчиво. А сам дышит, так часто дышит. Хватает воздух с перерывами, захлебывается. Руками обнимает, гладит, едва сам не дрожит.

Не понимаю, о чем он вообще просит. Какое еще согласие? Я киваю.

— Скажи вслух. Скажи: «Я хочу тебя сейчас, Ярик», — подсказывает.

Я снова киваю.

— Вслух, девочка моя. Мне надо знать, что ты отдаешь себе отчет в том, что происходит. Ты — особенная. Кажется, ты мое будущее. Я не могу с тобой так… как со всеми.

Я прижимаюсь к нему, прячу лицо и отрицательно качаю головой. Не так, конечно, все должно быть не так. Не здесь, не таким образом.

Я себя потом сожру заживо.

— Я не могу тебе отказать, — и тут же начинаю тараторить: — Но только тебе, Ярослав, я клянусь. У меня только с тобой так. Я тебе не буду изменять, никогда не буду.

Он снова толкается в меня бедрами два раза подряд, и я не могу сдержать стона наслаждения. Вцепляюсь в его плечи, кусаю губы, откидываю голову, и его приоткрытый рот тут же прижимается к моему горлу. Яр ведет языком, натурально облизывает меня.