Но все равно, каким-то звериным чутьем, он услышал слабый стон и стук упавшего чего-то металлического. Он скачками взлетел по лестнице в свою спальню. И от ужаса увиденного сам чуть не лишился сознания. На полу, возле двери их спальни лежала его жена Оленька, в руке у нее была зажата металлическая статуэтка, которой она и стучала в пол, пытаясь привлечь внимание.
Он упал на колени рядом с женой, одновременно выдирая из кармана телефон. Ткнуть в пару кнопок-секунда времени, и вот к нему домой уже мчится, со всеми мигалками и нарушая все правила, группа немедленного реагирования, в которой был и специально подготовленный врач.
Группа ворвалась к нему в дом, спецы рассыпались по дому, проверяя помещения на предмет врагов. Но Борис закричал:
-Врача! Сюда врача!
Врачу хватило нескольких минут, чтобы понять - здесь отравление, и нужна срочная реанимация в токсикологии.
С тех пор двое суток он не выходил из палаты жены. В сознание она пока не приходила, дышал за нее аппарат, деятельность сердца тоже поддерживала автоматика.
Борис сидел рядом, держа безвольную руку Оли в своих руках. Врачи однозначно сказали, что это отравление цикутой, растительным ядом, смертность от него почти сто процентов. И скорее всего, яд был получен с последним приемом пищи, так как он быстро действует.
Но Борис подключил к расследованию и исследованию и свою бывшую службу. Это для непосвящённых Борис служил в простом армейском спецназе. На самом деле, все было гораздо серьезнее.
Врачи удивлялись тому, что Оля до сих пор жива. Только один из них, пожилой и опытный врач, вздохнув, сказал:"
"-Вы знаете, есть у меня одно предположение, но официально я его никогда не признаю. Вам уже известно, что ваша супруга была беременна, срок небольшой, но, тем не менее, она знала, поскольку обращалась накануне в клинику. Очень радовалась, так ее врач сказал.