Выждав пару минут, я все же решаю пойти в зал и найти нам столик. Маша появляется минут через десять, выглядя так, словно вернулась с войны.
— Давай вернемся в отель? — Она равнодушно оглядывает круассаны и кофе. — Мне нужно поспать.
С тоской взглянув на недопитый капучино, я оплачиваю счет и беру ее за руку. Была бы на ее месте Марианна, я бы с большой вероятностью вызвал ей такси, а сам бы остался. И не потому что я хам, не ценящий женщин, а потому что уверен, что Марианна в любом случае была бы в порядке.
Все, что касается ее, действительно не поддается объяснению.
— Может, у меня в номере побудешь? — великодушно предлагаю я. — Под присмотром? Включим кино.
— Спасибо, но я лучше у себя останусь, — со слабой улыбкой отвечает она. — Нужно немного побыть одной. Пописать дневник эмоций, восстановить проходимость энергетических меридианов и помедитировать.
Сути ее планов я не понял, но восхищен, что Маша не имеет намерения слипнуться как две разваренные макароны и до конца поездки не расставаться. Потому что мне тоже необходимо личное пространство, чтобы привести в исполнение свои мужские ритуалы. Например, отлить, не закрывая двери, пару раз передернуть и власть почесать яйца.
Glava 44
Маша
— Погода хорошая. Немного жарче, чем в Майами. — Я машу Нике, появившейся из-за плеча Макса. — Вчера были на вилле у дедулиного друга.
Максим саркастично кривится.
— У деда есть друзья в Эмиратах? Это ты, малышок, загнула.
— Во всяком случае, Рашид ибн Мохаммед очень тепло о нем отзывался, — поясняю я.
— Ну, он же не идиот, чтобы отзываться о нем плохо. А напарник твой как поживает?
— Ты о Тимуре? Он отдыхает у себя в номере.
— Не пристает? — Лицо Максима угрожающе приближается к экрану.
— Нет. — Я невольно отвожу глаза, зная, что брату не составит труда уличить меня во лжи. Хотя при чем тут ложь? Тимур действительно ко мне не пристает.
— А ну-ка повтори, малышок. И смотри в камеру.
Я заставляю себя снова взглянуть на Макса. Как самый старший, он считает своим долгом оберегать и защищать меня и Сашу. Правда, за честью Саши уже несколько лет приглядывает Кирилл, так что весь братский потенциал Максима теперь устремлен на меня.
— Тимур ко мне не пристает, — твердо повторяю я.