Молодец, Ульяна! Ей бы еще подучиться дисциплине и субординации – цены бы ей не было. И где же списки? Показывайте.
– Давайте перейдем на «ты», – предложил Федор. – Так мне будет проще.
– Да и мне тоже, – признался майор. – Я вообще человек простой. Из потомственных шахтеров. И был бы сейчас шахтером, но партия призвала и сказала: надо. И вот я там, где я есть. То есть здесь. А зовут меня Антоном Кузьмичом. Твое имя мне известно – прочитал в твоем удостоверении.
Федор достал из кармана листы бумаги и положил их на стол.
– Это список всех эвакуированных из Донбасса, – сказал Федор. – Списочек нужный, но пока отложим его в сторону. Займемся другим списком. Значит, так: эвакуированные из Донбасса в сорок первом году спецы и прочий управленческий люд… Да как подробно! Ай, молодец Ульяна! Антон Кузьмич, ты обязательно должен поощрить ее премией в размере месячного оклада!
– А то как же! – сказал Расторгуев и взглянул на Федора с лукавинкой.
– Вот и замечательно… Значит, управленцы, инженеры, техперсонал и прочий люд напряженного умственного труда. Итого двенадцать человек… По-моему, маловато. Послушай, Антон, почему их так мало?
– Так ведь Кузбасс большой, и шахт в нем много. Кого-то пристроили к нам, кого-то в другие места.
– Да, и в самом деле… Кто-то здесь, а кто-то – там… Что ж… Тогда внимательно прочитаем список.
– А какой смысл немцам хранить липовые списки? Чтобы обмануть самих себя? – удивился Расторгуев.
– Да кто их знает? Может, чтобы отвлечь нас от настоящего Инженера. Дескать, кинемся мы его искать, поверив этому списку, и будем искать и искать до полного изнеможения.
– Ну не знаю… – Расторгуев нерешительно почесал затылок. – Может статься, что оно и так. А только нам все равно надо искать этого Инженера. Потому что вдруг оно не так? То есть а вдруг этот список не обманный, а самый что ни есть настоящий?
– Что ж, будем искать. И здесь-то без твоей помощи мне не обойтись.