— Привет, долго ты, — Ларинцев улыбается и притягивает меня для лёгкого поцелуя, когда я присаживаюсь. — Ешь давай, я тебе взял рис с мясом. Не особо тут кулинарных изысков много, правда. Ты же любишь рис с мясом?
— Люблю, спасибо.
Я улыбаюсь ему под внимательными взглядами ребят, ощущая, что теплеют не только щёки, но и в груди. У меня были друзья, которые меня во многом поддерживали, но вот к такой заботе я не привыкла. Мама, конечно, опекала меня, но она много работала, да и это другое совсем. А вот такое искреннее, с теплотой в глазах — никогда.
Максим ест с аппетитом, чем удивляет меня. Мне казалось, что с таким достатком, как у его семьи, с тем, как он привык жить и питаться, еда в столовой подобного заведения у него восторгов не вызовет.
В целом ужин проходит спокойно. Ребята в большинстве своём притихшие, потому что как и я увидели одну из не самых лицеприятных сторон выбранной нами профессии.
В десять отбой во всем Центре, и касается это не только воспитанников, но и весь персонал, и в том числе практикантов. Убрав за собой посуду, мы отправляемся по выделенным комнатам, чтобы отдохнуть и осознать увиденное за день.
В комнаты нас распределили по-разному: кто-то попал в двухместные, кто-то в одноместные. Со слов техперсонала, на этом этаже раньше жили преподаватели и воспитатели, когда Центр был закрытым. Мне досталась маленькая одноместная комнатка, возле которой мы сейчас останавливаемся.
— Нина, ты в душ пойдёшь? — Рита с Леной стоят у лестничного пролёта с полотенцами в руках.
— Нет, девчонки, я перед ужином успела.
— Ну ладно. До завтра тогда.
Они уходят, а Максим привлекает меня к себе, обняв за талию и нежно прикасается своими губами к моим.
— Нина, не ходи больше в душ одна. Помни, в каком месте мы находимся. Думаю, это не совсем безопасно, тут всякий контингент есть.