Наверное, это как-то связано с деятельностью фирмы отца Максима.
— Добрый вечер, — негромко здоровается Ларинцев, привлекая внимание женщин.
Одна из них, высокая красивая блондинка в длинном струящемся серебристом платье, поворачивается и дарит Максиму нежную искреннюю улыбку.
— Я так рада тебя видеть, Максим, — мягко произносит она и подставляет щёку для поцелуя.
— И я тебя, мам.
Мама, конечно. Они ведь очень похожи: тот же мягкий с поволокой взгляд карих глаз, пухлые, чётко очерченные губы. Конечно, её лицо по-женски мягкое, но в целом то, что они мать и сын, видно сразу.
— Знакомьтесь, это Нина, — я киваю, стараясь улыбаться не слишком широко, а мама Максима обращает внимательный взгляд на меня. — Это моя мама, Александра Владимировна.
— Можно просто Алекс, Нина, — женщина учтиво прикладывается к моей щеке.
Чувствую внутри ужасное волнение, но всё же немного расслабляюсь от, кажется, вполне искренней улыбки Александры Владимировны.
— Привет! — рядом с нами оказывается невысокая девушка и по-свойски обнимает Ларинцева за шею, припечатывая звонкий поцелуй в щёку.
"Он смеётся и в ответ её обнимает, слегка приподнимая над полом. Честно говоря, начинаю ощущать себя лишней, совершенно неуместной среди этого устоявшегося круга. Но вдруг девушка, отпустив Максима, поворачивается ко мне и с ещё более широченной улыбкой протягивает мне ладонь.
— Я Аля, сестра этого засранца. Ты, должно быть, Нина?
— Алевтина!
Мама Максима (а наверное и Али, потому что они с ней тоже похожи, хоть и не так явно, как с Максимом) округляет глаза и смотрит неодобряюще за такое бурное проявление чувств.
Сестра Ларинцева довольно крепко обнимает меня, незаметно шепнув в волосы «спасибо». Только вот за что? И тут к нам с бокалом в руке подходит высокий статный мужчина. Он окидывает нас с Максимом холодным взглядом, и я буквально ощущаю волну напряжения от последнего. Сильные плечи теряют расслабленность, даже под тканью рубашки это видно.
— Не ожидал увидеть тебя сегодня, сын, — в голосе абсолютно никакой теплоты.
Глава 33
Виктор Ларинцев немного прищуривается, смиряя нас обоих взглядом, когда Максим, сцепив зубы, учтиво представляет нас друг другу. Я неосознанно беру его за руку, вмиг ощущая всё напряжение тактильно. Максим не боится отца, он его ненавидит, и не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы это понять.
— Ну что ж, — подытоживает мужчина. — Я рад, что ты решил принять участие в важных семейных делах, Максим. Ещё увидимся.