То есть тело сохраняет функциональность практически при любом раскладе. Какого хера? Поворачиваю голову к Харру. Лица я его не вижу, но поза у енота растерянная. И я его хорошо понимаю. Сам бы растерялся, глядя на существо, которое пытается ползти вперёд с разнесённым черепом, перебитым позвоночником и тремя простреленными конечностями. Впрочем, я как раз на него и смотрю.
— Ещё один!
Цнара смотрит на проём помещения слева, куда поворачиваю голову и я сам. Формулирую приказ.
— Колени и локти. Хер с ними, пусть живут.
Как только новая цель спускается, расстреливаю его колени. Потом расходую три патрона на локти — один требует сразу двух пуль. Убедившись, что неизвестный больше не может ползти, отступаю к центру двора, обходя стороной распластанное на земле тело.
— Что это такое? И как их убить?
Вопрос Эйра задала абсолютно верный. Но, насколько я могу судить, прикончить этих парней можно только одним способом.
— Сжечь.
Цнара успевает выдать ответ первой и я хмыкаю.
Около минуты выжидаем. Поняв, что больше никто не показывается, оставляю Харра и Эйру во дворе. Мы с «рысью» по очереди проверяем постройки. Судя по кроватям, тут спал местный персонал. От которого осталось только трое странных «ледяных», упорно не желающих дохнуть.
Закончив с обыском, слышу вопрос Харра.
— Что это такое? Головной мозг разрушен, позвоночник пробит пулей, а он всё ещё скрёб рукой. Даже понемногу двигался в мою сторону. Как?
У меня на это ответа нет. Вот у Цнары находится вариант.
— Возможно какой-то вариант воздействия бактерии. Который превращает людей вот в таких неуязвимых тварей.
В наушнике внезапно звучит голос Анто, который всё это время провёл около входа.
— Они могли быть мёртвыми, когда заразились.
Интересна теория. Но не объясняет одного очевидного факта.
— А труп в столовой? Он не превратился. Обычное мёртвое тело.
Инженер пожимает плечами.
— Объяснений может быть много. Индивидуальная несовместимость, лекарства, ещё что-то.