Без которого весь план грозил развалиться…
Не останавливаясь, он объял Восприятием как можно большую область, раскрутил Почетного гражданина пустоты на всю катушку и вобрал в себя столько вибраций Устойчивости, сколько мог.
И сразу пожалел об этом!
Вибрации Устойчивости заставили тело содрогнуться от сильной боли. И немудрено – на территорию белой пустоты энергия поступала строго через Алекса, поскольку он был дверью между двумя мирами. И сейчас в эту дверь ударил таран. Хотя она была настежь открыта.
Не спасала даже сверхпроводимость, на которую Алекс сделал ставку. Во время боя он пробовал захватить чуточку энергии, и тогда таких проблем не возникло – вибрации Устойчивости, в отличие от Бесформенности, спокойно перешли в белую пустоту. И благополучно растворились в ней. В общем, тест показал, что идея стоящая. Иначе он бы сейчас так не рисковал.
Однако выяснилось, что собирать энергию после взрыва одного голема и нескольких тысяч – большая разница.
«Пожадничал!» – успел подумать он, продолжая полет…
План заключался в том, чтобы пополнить запасы заемной энергии Устойчивостью точно так же, как он это делал с энергией воплощения и энергией кракена за Барьером – монстра шестнадцатого уровня, который охранял Ваантан, чтобы из него не разбежались «чумные» адепты. В обоих случаях проблем не возникало.
Но… с энергией воплощения у Алекса имелась небольшая синергия, а кракен так вообще был монстром Пространства, поэтому синергия была еще больше.
А сейчас добровольно вобрал в себя огромную порцию этой самой Устойчивости. Неудивительно, что его так корежило.
Но что-то менять было поздно – если попытаться избавиться от захваченной энергии, она же снова пройдет через дверь. То есть через него.
Пока его тело само собой летело куда-то вверх, а монстры восстанавливались после взрыва, Алекс заглянул на территорию Почетного гражданина пустоты. Сознание резко поплыло, но он смог разглядеть огромный куб.
Со стороны тот казался сделанным из стекла и висел неподвижно в центре белой пустоты. При этом с остальной энергией куб смешиваться не желал.