Но какие, к чёрту, объяснения я могу дать? Что в серой зоне пришла скорпикоз, чтобы убить мать перевёртышей, а потом и меня, но ничего не получилось у королевы и её пленили? А я задумал получить личную боевую машину убийств? Что она действительно пыталась меня убить, но всё равно решил дать ей второй шанс? Как это прозвучит?
Коля стоял с таким видом, словно пытался переварить всё услышанное. На его лице отразилась целая буря эмоций: недоверие, страх, любопытство и что-то ещё, похожее на восхищение.
— Почему вы её не убили? — никак не унимался парень, решившись наконец задать вопрос.
— Потому… Потому… — пытался дать внятное объяснение. — Она моя! Это боевая единица, в которую я вложил много сил, времени и энергии. Ещё не люблю терять своё, поэтому мы с ней и сражались. Королева снова проиграла и теперь должна меня слушаться.
На этом лёгкий ликбез был закончен. Главное до Костёва я донёс. А то, когда всё началось, он вырубался от каждого вида твари. В будущем это будет сильно мешать.
Коля просто кивнул, принимая мои слова как истину.
Провёл рукой по лицу, ощущая щетину: надо бы побриться. Да и помыться не мешало бы второй раз. От меня всё ещё несло кровью и потом.
— Сколько я был в отключке? — поинтересовался у Коли.
— Почти неделю, — поморщился он. — Мы думали, что вы уже не придёте в себя. Ваши раны… Доктора приходили и смотрели, майор Сосулькин тоже.
Как и ожидалось… Моё состояние только лучше показало, что я не шутил. И это даже мне на руку сыграло. Отлично.
— Воронов где? — спросил я, вспомнив о нашем третьем товарище.
— А-а-а… — растянул пацан, явно не желая говорить. — Ну, он пару раз посидел с вами, а потом занялся своими делами. Ел, пил и даже к продажным девкам наведывался.
— Вон оно что, — улыбнулся, представляя эту картину. Типичный Воронов — как только запахло жареным, сразу в кусты.
Коля кивнул и торопливо вышел из комнаты. Я же принялся приводить себя в порядок. Ещё раз умылся и побрился. Освободился от халата и надел форму, которую кто-то заботливо развесил на спинке стула. Материя казалась непривычно свободной — видимо, я похудел за время болезни.
Подошёл к зеркалу и внимательно осмотрел своё отражение. Кожа бледная, под глазами залегли тени, скулы выделяются сильнее обычного.