В их основе, разумеется, есть реальные примеры тех, кто полностью менял своё ФИО и дату рождения ради новой и лучшей жизни. И… ничего выдающегося в жизни не добивался.
Сёма смочил горло остатками пива и снова уставился на меня.
— А известных примеров, как человек с новым именем и датой рождения достигает высот, в истории нет? — спросил я.
— Ни одного, — хмыкнул барон. — Забавное совпадение, да? Породившее целое суеверие.
Я снова уставился на фотографию и начал пристально разглядывать белокурую молодую женщину — Анастасию Владимировну Резанову.
Эта она? Та женщина, что звала меня «сынок» и оставила мне ментальную закладку?
Голова заболела от нахлынувших мыслей. Вновь в ней всплыл образ той красивой женщины.
Она чуть старше, чем графиня Резанова на фото.
Её волосы распущены, а у графини Резановой собраны в сложную причёску.
Её волосы тёмные. А у графини Резановой почти белые.
Плавно выдохнув, я тоже пригубил пива.
Цвет волос — так себе улика. Женщины любят экспериментировать со своей внешностью.
— Вероятность того, что ты пропавший граф Александр Ярославович Резанов — больше девяносто пяти процентов, — твёрдо произнёс Семён. — И, как ты понимаешь, дело не только в Родовом Даре. Они уникальны в деталях, но не в стихиях.
— Поясни? — подобрался я.
— На примере металла, — кивнул барон. — Не только у Резановых Родовой Дар связан с ним.
Он пристально уставился на меня, будто задавая немой вопрос:
«Что в тебе такого особенного, Александр?»
Если бы я знал, дружище… Осознал я себя в этом теле гораздо позже похищения, так что вряд ли дело в моём персонализированном Втором Даре.
Пронзительная трель нарушила давящую тишину. Сёма удивлённо уставился на свой смартфон.