Я лежу в центре великанской кровати полностью одетая и смотрю в потолок, сложив на груди руки. Спину мою поддерживают восемь взбитых подушек. Может и есть в них своя прелесть.
Меня всю распирает от жажды деятельности, а ещё трудно одновременно спать и захлёбываться слюной. Перед внутренним взором упорно маячит хозяйство ночного гостя в золотой короне, и это просто убийственно меня волнует.
Я…всё ещё возбуждена…
В своей голове я касаюсь его. Где хочу. И ему нравится. Провожу рукой по рельефному животу и…ооо…капец…там всё 18+.
Его тело стоит перед глазами. Такое большое и крепкое. Я вполовину Уже. И эти самоуверенные повадки. Отсутствие стыда. Полное.
Я нахожу это…офигеннейшим…
Я даже перед мамой стесняюсь раздеться…
Я много чего стесняюсь…
Наверное, этот нахал знает, что с девушкой делать…
Ну, конечно он знает. У него практика двадцать четыре на семь. Уверена.
И что?
Смотрю на себя, опустив подбородок.
Упираюсь взглядом в пальцы ног. У меня там зеленый лак.
У меня был парень на первом курсе.
Вздыхаю, раздумывая о своей нелёгкой доле.
Моё лицо, как я вся — сплошные углы. Нос, подбородок, скулы. Всё как будто специально подточили, чтобы я выглядела не милой и не нежной. И губы у меня тонковаты. Ну, хоть глаза зелёные. Спасибо, папа.
Но, я не думаю, что в этом моя проблема. Моя проблема в том, что я очень ковыряная. Лёню это всегда раздражало. То есть, всё остальное его боле-менее устраивало.
Окно настежь открыто и по комнате гуляет свежий утренний ветерок, поглаживая мои голые ноги. Поглаживая? Боже, и это Я так заговорила? Кажется, во мне запустился какой-то биохимический процесс.
Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться.
Услышав, как за окном хлопнула крышка багажника, я распахиваю глаза и поворачиваю голову. Вслушиваюсь в шарканье ног о подъездную дорожку и тут же встаю, влекомая любопытством. Если нас здесь пятеро, включая Глеба, то у меня большие шансы увидеть своего Конга.