А тут что? Боготворит, что ли? Ну, да, почему бы и нет? Если бы меня подобрал кто-нибудь, чуть ли не на помойке, отмыл, очистил от очисток, вылечил, одел и забрал к себе, я бы тоже руки целовала и ботинки снимала!
Но я то, хочу любви! А что у него на уме?! Чуть ли не с самого начала нашего знакомства его явно мужские желания, ничем не прикрытые, настоящие, вдруг сменяются странным преклонением! Дивно, как-то…
Наверное, нормально, с учётом нашего необычного знакомства…
— Костя, — отрываюсь от сине-фиалковой магии, — там тебе одежда, обувь.
— Он кивает, а я, разомлев от горячего чая и, в кои-то веки в тепле, делаю несколько последних шагов до кровати и проваливаюсь в сон…
* * *Просыпаюсь к полудню. В доме тепло, а за окном хмуро. Тишина. Немного повалявшись, окликаю,
— Костя! — без ответа.
Вскакиваю, запрыгиваю в тапки и иду искать.
Вижу Костика с широкой деревянной лопатой, он очень энергично расчищает дорожку от крыльца к калитке. Смотрю, уже в большущих валенках, которые, впрочем, в самый раз ему, трениках и толстой фланелевой рубахе в чёрно-зелёную клетку из дарёного гардероба.
Любуюсь и решаю снять коротенькое видео с участием моего героя, Лёхе привет от соседа по палате отошлю! Только бы мой древний гаджет не подвёл! Вроде скрипит помаленьку.
Костику от работы жарко, рубаху расстёгивает, там футболка, машу рукой, чтобы не снимал, потный озябнет! Но он меня не видит, опять берётся за лопату. Похоже, физическая нагрузка ему в радость, лицо разрумянилось, волосы скручены в хвост, но выбившиеся пряди прилипают к вискам и щекам. Да, уже к кое-каким щекам!
Меня отвлекает от созерцания уютной картины нарастающий лай знакомых алабаев! В следующий момент у калитки появляется мальчишка, Костя реагирует мгновенно, прыжок, откидывает щеколду, и ребёнок влетает в наш двор!
Он, широко раскрыв рот, тяжело дыша, мчится мимо Кости с белым, как снег лицом, прямо на крыльцо, а в открытую калитку за ним следом знакомая свора.