Ее ломает, как от сильного горя. Только никакого горя нет. Она все себе придумала. Уже не девочка шестнадцати лет. На возраст уже не списать ее поведение. Должна все понимать.
— Я… я не понимаю.
Надо быть дурой, чтобы не понимать. Я давно уже все ей сказал.
— Все ты понимаешь. Ты не принимаешь, — смотрю на нее. — Но это только твоя проблема.
— Ты любил Таю, что-то чувствуешь теперь к Лиле… значит и ко мне можешь.
Господи-боже...
— Нет.
— Потому что я типа твоя сестра?! Я не твоя сестра!
— Точно, ты не моя сестра.
— Мирон!! — вскрикивает она до хрипоты мое имя. — За что ты меня так ненавидишь?! За что?! Считаешь меня сумасшедшей?! Да я такая только рядом с тобой! Потому что ты заставляешь меня быть такой! Ты! Ты! Ты-ы-ы!! — подлетает ко мне, хватает за края пиджака и дергает. Я рывком отрываю ее руки от себя и отталкиваю в сторону двери. — Все это твоя вина! Твоя!
— Моя вина?!
— Твоя!!
— У нас с тобой никогда ничего не было и быть не могло! Я тебе об этом с твоих шестнадцати лет говорю.
Да, впервые это случилось на ее шестнадцатилетие. Ее первое нетрезвое признание. Потом, когда она улетела из страны на несколько лет, я думал, что все прошло. Если честно, всерьез не воспринимал. Но ничего не проходило. Она намеренно отправляла мне жизнь.
— Ты сам больной! Помешался на Тае! Только она того не стоила. Ты же знаешь это, правда?
— Что ты сказала?
— Я все про нее знаю.
Откуда она знает?!
— А ну стой...
Она пятится.
— Не спрашивай, откуда я знаю. Это уже неважно. Она тебе не подходила. Как и Лиля. Я, знаешь, много с ней общалась. Притворялась ее подругой, чтобы понять, что она за человек. Она мечтательница. Она хочет идеальных отношений.
— Откуда ты знаешь про Таю?
Меня только это интересует сейчас. Ее бредни по поводу того, какая она идеальная для меня — я их попросту не воспринимаю.
— Я ничего тебе не скажу. Ты же не говоришь, за что так сильно ненавидишь меня.
— Я ненавижу тебя за твои поступки.
— Ты прекрасно знаешь почему я их делала.