Екатерина Арагонская. Истинная королева

Стоило Генриху встать и покинуть зал, как она почти уверилась в правильности своей догадки.

Вдруг из замка выскочили восемь женщин, все в платьях из белого атласа с миланским кружевом и золотой вышивкой, в разноцветных шелковых платках поверх миланских чепцов. У каждой на чепчике золотой нитью было вышито имя ее персонажа. Возглавляла труппу «королева Франции», все такая же прекрасная в свои двадцать шесть, и роль была ей под стать – Красота. Одна из самых близких Екатерине фрейлин – Гертруда Блаунт играла Честь.

Наполовину испанка, с оливковой кожей и восхитительными черными волосами, Гертруда была дочерью лорда Маунтжоя и Агнес де Ванагас и недавно вышла замуж за кузена короля, Генриха Куртене. Верность изображала недавно появившаяся при дворе дочь лорда Морли Джейн Паркер, невеста наследника сэра Томаса Болейна, Джорджа – красивого и шаловливого придворного пажа. Дочь Болейна, госпожа Кэри, тоже была здесь – в роли Доброты, а ее сестра – девушка, которую Екатерина впервые увидела во Франции, исполняла роль Упорства. "

"Анна Болейн теперь состояла фрейлиной при дворе королевы. Лишь месяц назад сэр Томас обратился к Екатерине и объяснил, что после сближения Генриха с императором его дочери больше не рады при французском дворе, особенно в свете казавшейся неизбежной войны Англии с Францией. Пожалев девушку, Екатерина согласилась принять ее в свою свиту и была вознаграждена. Анна, не из тех красавиц, каких хотела иметь в своем окружении королева, обладала элегантностью, была воспитанна, музыкальна и остроумна.

Ее очарование и веселый нрав внесли оживление в размеренную и несколько монотонную жизнь двора Екатерины. «Кроме того, госпожа Анна прекрасно танцует», – наблюдая за девушкой, отметила королева. Более миловидная сестра бледнела на ее фоне.

В зал вошли восемь роскошно одетых лордов: шляпы из золотой парчи, просторные накидки из синего атласа. Они именовались Любовь, Благородство, Юность, Преданность, Набожность, Верность, Удовольствие, Добронравие и Свобода.

Несмотря на театральный костюм, было ясно, что внушительную фигуру Любви представлял сам король. Екатерина почувствовала себя неуютно. Лордов вводила в зал маска Страстное Желание, в накидке из алого атласа с пылающими языками пламени, вышитыми золотой нитью. В этом человеке нельзя было не узнать Уильяма Корниша – гения, который устраивал все развлечения при дворе.