О, что мне делать?
Она опустила темноволосую голову на руки, плечи ее вздрагивали.
– Я поговорю с королем, – сказала Екатерина. – Но не могу обещать, что это принесет вам пользу.
О судьбе Анны Екатерина заговорила за ужином.
– Дочь Болейна хочет срубить дерево не по себе, – произнес Генрих, вытирая рот салфеткой. – Уолси поделился со мной своим беспокойством по поводу этого дела, и я приказал ему вмешаться. Перси уже помолвлен, и это хорошая партия, которую я от души одобрил. Зачем ему жениться на неровне?
– Анна очень подавлена, – осмелилась настаивать Екатерина.
– Она наговорила дерзостей Уолси, наглая распутница! – Генрих нахмурился. – Жизнь в деревне пойдет ей на пользу. Пусть передохнет там некоторое время и подумает о своем поведении. Мы не можем допустить, чтобы наследники герцогств резвились, как им хочется, и сами заключали помолвки с любой девкой, которая их охмурит!
– Но как быть с их обручением?
– Уолси позаботился об этом. – Генрих пожал плечами. – Я ему приказал.
"– Тем не менее мне жаль госпожу Анну. Она верно служит мне. Вы не передумаете и не позволите ей остаться? Потерять человека, за которого она хотела выйти замуж, – это достаточное наказание, вы так не считаете?
– Уолси оскорблен ее грубостью. Я сожалею, Кейт, но ей придется уехать домой.
И она уехала. Екатерина сердечно попрощалась со своей фрейлиной.
– Когда придет время, госпожа Анна, можете быть уверены, здесь, при моем дворе, вас снова примут с удовольствием.
Екатерина чувствовала присутствие рядом, среди фрейлин, Люси Тальбот, которая гневно взирала на Анну.
– Благодарю вас, ваша милость. Вы были очень добры ко мне. Но, мадам, со мной обошлись несправедливо, и я глубоко оскорблена. – Теперь ярость, скрывавшаяся под скорбью, вырвалась наружу. – Если когда-нибудь это будет в моей власти, я доставлю кардиналу столько же неприятностей, сколько он принес мне!
Глаза девушки сверкали. Екатерина была поражена ее горячностью. Даже Люси выглядела встревоженной.
А вслух она сказала:
– Надеюсь, со временем вы найдете в своем сердце силы простить его. А теперь Бог вам в помощь.
Грациозный реверанс, тусклое «прощайте», и Анна Болейн уехала.
Глава 20
1525 год
Екатерина стояла на коленях перед аналоем в своем кабинете в Виндзоре. Голову она положила на руки и больше не молилась, но размышляла.