Екатерина молчала. Решение в этом деле оставалось за королем. И слова Генриха звучали так, будто он уже его принял. Она должна остаться.
– Тем не менее, – продолжил он, – я не хочу рисковать обидеть короля Фердинанда и королеву Изабеллу, разлучая вас и Артура, а потому посоветовался с доном Педро де Айалой и доньей Эльвирой. Оба они убеждали меня, что вы должны остаться. Честно говоря, я не знаю, что и подумать. Скажите мне, Кэтрин, каково ваше мнение?"
"Принцесса заметила, как доктор де Пуэбла при упоминании дона Педро и доньи Эльвиры покачал головой.
– Ваша милость, мой совет – принцесса должна ехать.
Екатерина не удивилась – он из принципа не мог согласиться со своими противниками. Уж не втягивают ли ее в какую-то запутанную игру, смысла которой она не может понять? Будут ли родители довольны, если она примет решение самостоятельно? Могло быть и так, что королем и впрямь движет забота о ней. Хотя, учитывая, как он печется о своем сыне, скорее стоило ожидать, что он боится предоставить их обществу друг друга в отдаленном замке: вдруг молодая пара не совладает с искушением и пренебрежет его распоряжением ждать?
И еще она не могла отделаться от мысли, не связано ли все это каким-то образом с ее приданым.
– Я буду довольна тем, что решит ваша милость, – ответила она.
– Подумайте об этом, – завершил беседу Генрих. – Продолжим в другой раз.
Екатерина пошла к своему духовнику отцу Алессандро и попросила у него совета.
– Доктор де Пуэбла может подтвердить, – сказал священник, – король и королева, ваши родители, хотели бы, чтобы вас не разлучали с принцем Артуром. Если так случится, они будут недовольны.
Разрываясь на части, она долго думала о словах отца Алессандро и молилась о подсказке.
Четыре дня она колебалась, не зная, что ответить королю. Потом к ней пришел принц Артур.
– Отец хочет знать ваше решение. Вы очень порадуете меня, если поедете в Ладлоу вместе со мной.
Наверное, ему велели сказать это.
– Решение остается за его милостью, – уперлась Екатерина.
– Но чего хотите вы?
– Я хочу во всем радовать его и вас.
Артур вздохнул и ушел.