Я надеялся на скромные семейные посиделки. То ли сказывался возраст, то ли я слишком перенасытился шумными вечеринками, но в последнее время мои жизненные приоритеты поменялись на полярно противоположные.
Я устал от постоянного стресса, от вечной гонки и осознавал, что мне нужна перезагрузка. Вот только с чего начать, пока еще не понимал."
"Двор, в котором жил Артюхин, был тот же самый, куда я привозил Женю. Даже дом и подъезд совпадали.
Но вот когда мне дверь в квартиру открыла Белоснежка, я откровенно выпал в осадок.
Несколько секунд мы просто стояли молча, глядя друг на друга гипнотизирующим взглядом. Думая каждый о своем.
В мыслях вереницей проносились события прошедших дней: продрогшая девушка, бросающаяся под колеса автомобиля, наше знакомство, ужин, встреча в парке, поиск квартиры, фразы Сони о злом и жадном папе, подавленное состояние Белоснежки, случайное пересечение с Артюхиным, его идейные взгляды против женского пола, бахвальство своим преимуществом в семье и предвкушающие обещания усмирить хлыстом норовистую кобылку.
В хороводе эмоций я даже не мог определиться, что именно ощущал в этот момент.
Злость?
Разочарование?
Радость?
Обиду?
Или все же ревность, раз Женя передумала и вернулась к мужу?
Артюхин ведь ясно дал понять, что помирился с женой и у них полная идиллия в отношениях.
Значит, нашел подход? Или все же использовал метод хлыста?
А если она по-прежнему его любит и пришла сама?
Хотя, если вспомнить нашу последнюю встречу, возникало много сомнений.
Белоснежка так торопилась снять квартиру и переехать, что почти готова была жить с клопами, а это не похоже на поведение любящих жен.
Правда, чужая семья — потемки. Где гарантия, что за прошедшие сутки они не могли просто поговорить и даже страстно помириться? Прожили ведь столько лет вместе!
Я никогда не заводил отношений с замужними. Не мой конек быть игроком второго плана, а после еще расхлебывать последствия таких связей.
Да и с Женей никаких серьезных шагов в этом направлении у нас не случилось. Хотя если начистоту, то это лишь ее заслуга. Я бы давно с удовольствием пошел дальше, тем более что не воспринимал ее всерьез.
Как мимолетное увлечение — да, но никак не долгоиграющую перспективу.
А вот сейчас, стоя на пороге их квартиры, глядя в голубые глаза, я отчетливо понимал, что ревную. Откровенно, остро и совсем не по-дружески. До странного разочарования в груди.