Чтобы услышать тебя, мне надо думать по-другому. И так с каждым человеком. Только Матвей может слышать меня всегда, но совсем не может слышать других людей.
– Кажется, он хочет сказать, что каждый человек думает на своей волне. Он умеет настраиваться на эти волны и поэтому слышит всех. А я именно тот, кто может слышать его на любой волне. Только не спрашивай, почему так получается. У меня нет ответов, – вздохнул проводник, почёсывая пса за ухом.
В ответ Рой заурчал от удовольствия так, что сидевшие в машине бойцы невольно отодвинулись подальше.
– Словно дизель запустили, – уважительно проворчал командир взвода.
– Есть такое, – усмехнулся в ответ Матвей. – Силён, бродяга.
– Я вот смотрю на него и не понимаю, откуда такого бугая взяли. Эта порода не бывает таких размеров. Или я чего-то не знаю? – сказал старлей.
– Всё верно. Ротвейлеры такими большими не бывают, – кивнул проводник. – Но он и его сестра были выведены искусственно. Если помнишь, одно время ксеносы сильно активизировались, и начали выбивать в СКС пары.
– А он не обидится, что ты его такими словами кроешь? – иронично усмехнулся командир взвода. – А то про вас таки слухи ходят, что слушаешь, и не понимаешь, то ли правда, то ли прикалывается народ.
– Это правда, а на правду не обижаются, – пожал плечами Матвей.
– Успокоил. А ты знаешь, что именно говорят? – не унимался старлей.
– Расскажи, а я скажу, что, правда, а что прогон дешёвый, – усмехнулся Матвей, вспомнив, что этого молодого офицера недавно перевели на базу откуда-то с периферии.
– Говорят, что этот зверь любого предателя чуть ли не за километр чует.
– Про километр враньё. А так, да. Чует, – невозмутимо кивнул Матвей.
– Что он любую собаку себе подчинить может, и из-за этого его даже кавказцы в роте охраны боятся.
– Насчёт подчинить не знаю. Не пробовали. И не боятся, а уважают. Им делить нечего, вот и соблюдают вооружённый нейтралитет.
– Это как?
– Они вокруг деревни никого не трогают, а он в деревне.
Услышав его ответ, весь взвод зашёлся от хохота. Сидевший рядом с ним Рой открыл пасть и, вывалив язык набок, улыбнулся. Заметившие этот жест бойцы переглянулись, глазами указывая друг другу на собаку.