– Да, детка, это полная ерунда – мы с тобой притворяемся, что едва знакомы, в то время как нас неудержимо тянет друг к другу. Ведь даже сейчас ты хочешь меня… – Это было сказано шепотом на ухо, и Коваль вздрогнула от прикосновения его губ и оттого, что он, как всегда, был прав – именно об этом сейчас и думала…
– Ты не пригласишь меня посмотреть, как устроился? – чужим, незнакомым голосом спросила она и сама испугалась – ведет себя, как уличная девка за три сотни!
Малыш с интересом посмотрел на жену, подметил ее закушенную губу и понял, как нелегко ей далась эта фраза.
– А ты согласишься?
– Ты попробуй… – Марина сильнее прикусила губу и взглянула в его глаза – он улыбался.
– Так идем!
Она повернулась к машине и небрежным тоном произнесла:
– Женя, вы можете пока быть свободны, господин Грищенко пригласил меня обсудить кое-какие вопросы по финансированию команды…
– И ты думаешь, я это заглочу? – зло спросил Хохол, хватая ее руку, лежащую на открытой дверке, но Марина вырвалась и рявкнула:
– Свободны, я сказала! Пять секунд – и никого нет, время пошло!
Юрке, в отличие от Хохла, повторять дважды было не нужно, он дал по газам так, что упрямый Женька едва не вывалился из открытой дверки.
– Ну, ты доволен?
– Пока нет, но уверен, что очень скоро буду…
– Даже не сомневайся! – заверила она, беря его под руку.
Они наблюдали за происходящим в огромное окно, и на обращенных в Маринину сторону лицах красовались искренний интерес и ехидные улыбки. Одна из них была женой прокурора и Марину знала прекрасно, а уж язык у нее…
– Тебя это задевает?
– Меня?! – удивилась Коваль совершенно искренне.
– Тогда идем предаваться разврату?
– Легко!
Малыш захохотал, подхватил ее на руки и понес в подъезд, на ходу целуя в вырез черной блузки под распахнутой курткой.
Педантичный Егор, превыше всего на свете ценивший комфорт и удобство, и новую квартиру обустроил по высшему разряду.