Меня от такого невинного прикосновения простреливает от макушки и до самых пяточек. Надеюсь, Зотова тоже зацепило. Не могло не зацепить.
Убегаю к себе и, прикрыв дверь, снова прилипаю к ней ухом.
У Милки трезвонит телефон, и она уходит вниз, а ее муж отправляется в ванну. Представляю, как он, полностью обнаженный, встает под душ, на то самое место, где пару минут назад стояла я.
С ума сойти. Картинка такая, что дыхание напрочь выбивает.
Думаю, у меня есть немного времени, чтобы еще раз пошалить.
***Когда спускаюсь вниз, меня еще немного пошатывает из стороны в сторону.
— Зайка! — кричит с кухни Мила, — идем завтракать.
— Иду, — сама не узнаю свой голос, он пьяный.
Сажусь за стол и передо мной тут же появляется тарелка с омлетом, листьями салата и двумя ломтиками хрустящего бекона. Вот вроде у матери целое стадо кур и яйца всегда свежие, но здесь все кажется вкуснее. Все какое-то особенное. Изысканное.
— Спасибо.
Ем, слушаю, как они обсуждают планы на день, и помалкиваю.
Я склоняюсь ниже над тарелкой, чтобы никто не заметил, как у меня дергается щека.
Я тоже хочу бэху!
— Я практически нашла покупателя, на следующей неделе все решится, — задумчиво произносит она.
— Помощь нужна?
— Я буду рада, если ты поддержишь меня на сделке.
— Без проблем, — соглашается Вадим, — Скажешь когда, куда, во сколько.
Я бы тоже хотела знать эти подробности, но кто передо мной будет отчитывать? Придется держать ушки на макушке.
— Ну, что опять, — стонет Мила, когда ее телефон снова вибрирует, — что им всем от меня надо с утра пораньше?
Она принимает звонок:
— Да, — и поспешно выходит с кухни.
Мы остаемся за столом вдвоем с Вадимом.
— Кофе будешь? — интересуется он.
— Д..да…
Голос у меня споткнулся не нарочно. Просто в груди вдруг стало тесно, и мои ночные и утренние фантазии заиграли с новой силой.
Пока он тыкает кнопки на кофемашине, я жадно рассматриваю спину, плечи, крепкие ягодицы. Он идеален.
Ставит передо мной кружку:
— Спасибо.
Кайфую. Мужчина моей мечты с утра пораньше делает мне кофе.
Правда кайф длится недолго, потому что Миле он тоже делает. Причем что-то причудливое.