Я тебя поймаю

И уехать к Севе…

Просыпаюсь, дрожа всем телом.

Как же я соскучилась по тебе, мой любимый!

А следующим утром я бегом спускаюсь вниз. Прямиком несусь в офисную часть и, найдя перьевую ручку, заполняю ее чернилами. Впервые в жизни! А потом вывожу на мятом листе бумаги.

«Уважаемый мусью! Ваши претензии считаю необоснованными, пока вы не сообщите мне, где и при каких обстоятельствах я похитила вашу собственность. А также представьте ее фотографию. Надеюсь, тогда мне удастся что-нибудь вспомнить».

И прицепив листок к старому мутному зеркалу в фойе, иду гулять.

Но время от времени резко оглядываюсь. Не знаю, что лучше, куковать одной в заброшенном отеле или точно знать, что рядом кто-то есть.

Чувствую на себе взгляд, но так и не могу определить, где прячется мой неуловимый наблюдатель.

И найдя единственный целый шезлонг, решаю забить на свои горести и сосредоточиться на главном. Что от меня хотят? И кто? Осторожно присев на деревянную старинную кушетку, дальнюю родственницу сегодняшних лежаков, пытаюсь понять — выдержит меня эта хлипкая конструкция или нет.

Вроде все нормально. Запахнув поплотнее куртку, накидываю на голову капюшон. Осторожно ложусь и закрываю глаза.

Идея переодеться в одежки Шарлен была замечательная. Вот только обернулась для меня похищением. А значит, следили и точно знали, как выглядит каждая из дочерей Виктора Пахомова. Мне казалось, что рваные джинсы-скинни и черная широкая толстовка с начесом сделают меня незаметной. Но вот тут я ошиблась, конечно. Машина затормозила рядом со мной, и меня окликнули.

Я лишь сделала шаг, намереваясь поздороваться, как в мое бедро кто-то засадил иглу и ввел какую-то гадость. До сих по ужасно пить хочется и есть почти не могу. Облажалась я. Саму себя перехитрила. Вот же дура! Нужно было перетянуть на свою сторону Мишку. Поговорить с ним. Убедить в моих чувствах к Севе. Объяснить, что нельзя разлучать влюбленных. Он бы помог обязательно. И в аэропорт отвез бы. А так… я понадеялась на себя и попалась. Непозволительное легкомыслие."

"Подставляю лицо солнышку и лишь на секунду прислушиваюсь.

Где-то в зарослях поют птицы. Да и немудрено, тут как в джунглях.

Где я еще налажала, и что хотят мои похитители? Драгоценность, блин! Да их особо не водилось у Алисии. Или говоря «мать», имеют в виду крестную? Так той вообще воровать нет смысла. Все содержимое сокровищницы де Анвилей принадлежит ей. А там наши предки наскирдовали много. Нет смысла Лиле заниматься воровством.

Сама мысль мне кажется смехотворной.