Под ними зияла полынья, которая уже начала затягиваться свежим льдом. Мы задумчиво постояли некоторое время над ней и повернули к дому. На обратном пути Ася поведала нам, зачем и почему они здесь.
— Менты упустили Витюшу, — голосом, более уместным на похоронах, поведала она нам.
— Мы уже знаем, — сдержанно сказали мы.
Ася тактично не стала допытываться у нас об источниках, из которых мы черпаем свою информацию, и продолжила:
— Он звонил нам и угрожал. Даже не столько слова, сколько его голос напугал меня.
— Вы вдвоем против него одного? И почему вы сомневаетесь в своей победе?
— Не так все просто. У него, кроме нас, есть и другие интересы и другие знакомые. Он будет не один, но и мы ждем подкрепления. А пока мы займем стратегически важный пункт в доме и будем держать оборону до последнего.
Мне очень не понравился ее тон. В нем слышалась отрешенность человека, который уже простился с жизнью и теперь единственно прикидывал, как ее дороже или безболезненнее продать. Это было нехорошо для молодой девицы.
— А если он просто махнет рукой на вас и уедет, чтобы потом вернуться и отомстить, может быть, через несколько лет? Вы так и будете его здесь ждать? — спросила я у Аси, чтобы прояснить обстановку.
— Не уедет он никуда. У него в доме тайник. Он не может уехать, не забрав вещи из него. Здесь завязаны слишком большие даже для него деньги, чтобы их просто бросить. Поэтому он постарается во что бы то ни стало войти в дом.
— Его можно понять, — не удержалась от сарказма Наташа, — все-таки это его дом.
— Так почему же мы прохлаждаемся тут? — вскричала я. — Может быть, они уже орудуют в доме.
— Нет, он будет здесь через полчаса или 40 минут.
— Те двое, которые считаются вашими друзьями, они здесь будут? А если будут, то когда? — спросила Наташа. — Потому что если они явятся через час или через два, то все будет уже кончено.
Меня от ее слов дрожь по всему телу продрала.