Наташа даже пыталась использовать свою женскую привлекательность, когда эта привлекательность проявилась у нее, и ей удалось пару раз назначить свидания наименее стойким работникам уголовного розыска. Но результаты свиданий были неудовлетворительными. Милиционеры в свободное время были готовы говорить с обольстительницей о чем угодно, но только не о своей работе. Или говорили о делах настолько старых, что это не представляло никакой практической ценности. Вытрясти из них подробности свежих дел не получалось.
Потом появился муж, и общение с милицией пришлось окончательно прекратить, но Наташка была человеком оптимистичным и надежды распутать преступление не теряла.
Итак, Наташа — оптимист в квадрате — сидела дома. И именно сегодня ей было особенно грустно, так как давно уже ничего не случалось. Был только страшный грохот у нее над головой. А прямо над ее квартирой располагалась моя квартира.
— Интересно, какую перестановку она затеяла, — размышляла вслух Наташа, — вчера вся мебель у нее была сдвинута в прихожую.
В этот момент течение ее мысли было прервано жутким скрежетом, донесшимся сверху.
— Она так надорваться может, — решила Наташа. — Не пойти ли помочь?
Это Наташа советовалась с мужем, имея в виду, что помогать пойдет именно он, а она будет осуществлять общее руководство. Муж проигнорировал ее намек и продолжал слушать президента, который вещал что-то с голубого экрана. Раздосадованная таким наплевательским отношением супруга к ее словам, Наташа толкнула Руслана в бок и сказала уже погромче:
— Слышишь, Дашка мебель двигает.
— Я сейчас занят, а ты иди. Я дослушаю и тоже поднимусь, — ответил муж.
Наташа промучилась минут 15 и предприняла еще одну попытку поднять мужа с дивана. Попытка закончилась полным фиаско. Наташа приняла решение идти одной. Она поднялась на один этаж вверх и изобразила на лице горячую готовность помочь соседке.
— Она там у себя явно не одна.