Прости и хватит дуться. В аэропорт я сам тебя отвезу, — утренний стояк предателя-мужа очень хорошо чувствовался.
«Египетская сила! Что Рома, она тебе тоже не даёт?».
— Ром, ну ты же не подросток. Мне с утра планёрку проводить и надо успеть заехать к нотариусу перед вылетом. Заверенные документы не подождут. А тебе нужно в градостроительный департамент. Так что в другой раз, — он нехотя разжал руки, но поцеловал в плечо.
— Фиалка, — усмехнулся Рома. — Ты снова заставляешь ревновать к Буланскому.
— Мимо, Рома. Давай не будем портить утро домыслами, — отрезвила мужа.
— Не будем. А в департамент мне к часу дня.
— Тогда в аэропорт я доберусь на такси. Ты не успеешь меня отвезти.
Он подумал и согласился с разумным доводом. Возле порога меня дожидался чемодан и папка с документами. Желание развестись с Ромой было настолько сильным, что я решила перед поездкой в Сочи проконсультироваться по вопросам раздела имущества. Время не терпело, поэтому одевалась я быстро. Также быстро схватила чемодан, сумочку, папку.
Вылет в два часа. Если провести планёрку за двадцать минут и пораньше прийти к нотариусу, я успевала заехать домой за документом. Так и сделала. Пока проходил утренний обзор намеченных планов, заметила, что Марианна отсутствует на работе. Предпосылок к её молчаливому исчезновению не было. Я поинтересовалась у Риты, где она.
— Марианна звонила час назад.
— Что с ней случилось? — насторожилась, как только услышала новость.
— Вроде подвернула ногу, когда переходила дорогу. Вы же видели, на каких высоких каблуках она ходит. Не мудрено, что споткнулась, — проворчала недовольно Рита. Ей Марианна тоже не нравилась. — Поехала в травмпункт и выслала скан больничного.
Выслушав офис-менеджера, посмотрела на часы. Пора к нотариусу. Его офис находился недалеко от издательства. Получив консультацию, я спешно села в вызванную машину такси.
Глава 26
Рома.
Чёртово утро! Выдалось же такое! Скажи мне кто-нибудь месяц назад, что наши отношения с женой испортятся окончательно, не поверил бы. Меня не первый день беспокоила её отчуждённость и раздражительность. Разные мысли одолевали. Я действительно испытывал ревность, как в далекие годы студенчества. Тогда ревновал к любой мужской особи с потока. Сейчас к единственной персоне — Буланскому. Он подкатывал к ней.