И я заказал обед. Это же не повлияет на твой аппетит? Сырный крем-суп с грибами и лосось на гриле, мммм?
— Руслан.
Желудок сжимается, когда он говорит о еде. То, что уже обеденное время, меня даже не удивляет. Я ведь легла только под утро.
Но сейчас важнее прояснить главное.
— Ты теперь откажешься помогать мне, да?
Ну, ради чего ему идти против таких людей? Все верно. Проблем себе наживать никто не хочет.
— Не знаю.
Руслан хмурится. Пожимает плечами. Снова начинает барабанить пальцами по столу.
— С утра еще миллион новых сообщений от твоего мужа прилетело.
Я только обхватываю плечи и сжимаю губы в тонкую нитку.
— Значит, не станешь помогать.
— Я должен понимать, чего ты хочешь, Мила. И насколько ты уверена во всем. Измена…
Он вдруг начинает рассматривать свои отполированные ногти."
"— Хм… Ну, случай, конечно, нетривиальный, но… Жены часто в итоге все прощают и предпочитают забыть обо всем.
— Это не мой случай!
Я даже подскакиваю на ноги от возмущения.
— Я не прощаю предательства! И того, что мне воткнули нож в спину! Я хочу развод! И докопаться до правды! Отобрать у них все то, что по праву принадлежит мне!
Руслан долго, изучающе смотрит на меня. Наверняка пытается понять, это я говорю на эмоциях или серьезно.
— Я абсолютно всерьез, Рус.
Подчеркиваю свои намерения спокойным ровным голосом.
Нас прерывает звонок его телефона.
Рус выслушивает что-то, а после отключается. Чертыхается сквозь сжатые зубы и нажимает на пульт.
Мы оба разворачиваемся к вспыхнувшей на боковой стене огромной плазме.
И я сжимаю кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони.
Потому что… На экране я.
Промокшая. В этом потрепанном платье прямо под дождем. Босиком. Растрепанная.
Всего минута, может две.
Закусываю губу. Это, скорее всего, запись с внешней камеры отеля, в который я тогда отправилась.
— Семейная ссора или проблемы с психикой у наследницы одного из самых крупных бизнесов столицы? Быть может, именно из-за этого дочь известного бизнесмена Розанова не появляется на людях уже более полугода? По слухам, она долгое время находилась в закрытой клинике…
Звучит голос журналиста.
— А твой муж действует очень радикально.
Цедит Руслан сквозь сжатые зубы.
Мы оба понимаем, что это даже не предупреждение. Угроза. Адресованная лично мне.