Мне кажется, или Марк смеется? В глазах у него точно пляшут черти!
— Там что-то такое интересное? Может, хочешь остаться?
Рявкает Рус, и я кожей чувствую его полыхающий взгляд.
Отворачиваюсь и только качаю головой. Филатов кивает и машина резко срывается с места.
Мы не едем. Просто летим.
Я удивленно рассматриваю Руслана. Сморю на его профиль. На крепко сжатые челюсти и играющие на лице желваки. На побелевшие костяшки, потому что он сжимает руль просто с какой-то бешеной силой.
А вот на дорогу не смотрю. Потому что он так несется, что мне просто страшно!
— Рус. Может, помедленнее, — осторожно проговариваю, но получаю в ответ только яростный взгляд.
Вместо того, чтобы сбавить, Филатов только прибавляет скорость. Так, что мне приходится вжаться в сидение. Закрыть глаза и молиться, чтобы он успокоился.
— Уже приехали?
Я не чувствую времени. Даже уши заложило. Но машина вдруг резко останавливается и я распахиваю глаза.
Нет. Не приехали. Мы на какой-то обочине просто остановились.
Филатов молчит. Отстегивается и просто выходит из машины, слишком громко хлопнув дверцей.
Только качаю головой. Вспоминаю, как он купил свою первую машину. Старенькую. Подержанную. Как возился в ней и красил в чьем-то гараже. И как бережно прикрывал всегда дверцу.
Что с ним не так? Где его непробиваемая хладнокровность, которую я видела с самого первого дня после нашей встречи в теперешней реальности?
Рус переходит дорогу и направляется к какому-то дорожному кафе.
Возвращается с двумя стаканчиками ароматного кофе и горячей едой."
"— Ты не успела позавтракать, — холодно произносит, протягивая мне один из контейнеров и кофе.
Молча принимается за еду. Я следую его примеру.
— Спасибо.
Отдаю Русу пустую посуду, которую он швыряет на заднее сидение.
— Руслан. Я не целовала его. Я вообще не представляю, что нашло на твоего Марка! Просто спустилась выпить воды и кофе.
Не хочу, чтобы Рус думал, будто я при первой же возможности начала с кем-то целоваться за его спиной. Прекрасно понимаю, как такое неприятно. Не оправдываюсь, но чувствую, что должна все объяснить.
— Это просто охуительно, Мила.
Рус цедит ледяным голосом. Но в нем сталь ярости.
— Я просил тебя произвести впечатление на моих друзей.