Хаджар действительно создал своими действиями для клана Звездного Дождя довольно серьезную угрозу. Даже если бы выжил только один Сатин – на примере Анис Динос и своем собственном, Хаджар знал, на что способен один целеустремленный человек.
Хаджар посмотрел на звезды.
Они выглядели совсем не так, как тогда – в Дарнасе. Он прошел уже столько тысяч миль. Забрался так далеко, что большинство людей не только из Лидуса, но и Даанатана сочли бы все это россказнями бреднями пьяных.
Земли орков, джунгли Карнака, горы Грэвэн’Дора, Тир’на’Ног, страна Демонов, страна Драконов, горы гномов, а теперь и Чужие Земли.
Он ушел так далеко, как никто иной. И сколько еще дорог вилось впереди, уводя все дальше за горизонт.
Бескрайний, огромный мир. Не планета, а нечто иное.
– Когда-то, – пальцы Хаджара замерли над струнами. – я выполнил приказ своего Императора.
– Императора? – переспросила Лэтэя. – разве Император не один? Тот, который на Яшмовом Троне?
Хаджар чуть улыбнулся. Согласно традициям Чужих Земель, у них не было ни Императоров, ни королей, ни дворян или аристократов.
А еще семья.
Сложные люди.
– Наверное, – пожал плечами Хаджар. – наверное это так…
Лэтэя протянула ладонь к костру. Пламя отражалось на её коротких ногтях. Совсем не таких, как у вельмож из Даанатана.
– Ты сожалеешь о том, что произошло?
Хаджар посмотрел на свои руки. Выражение “по локоть” в крови не могло описать и малой толики того, что он видел, когда смотрел на них.
– Это была такая же война, – Хаджар начал вновь перебирать струны. – все войны одинаковые, Лэтэя.
– Ты говоришь совсем как Кассий, а тебе всего чуть больше одного века.
Одного века бесконечных странствий, войн и сражений. Хаджар сражался на своем одном веку больше, чем иные адепты за десять.
– Иногда, когда засыпаю, я вижу их лица, – Хаджар снова посмотрел на звезды. – Их и других.
– Других?
Войны Северных Королевств. Тот город, который Хаджар взял хитростью.
“У тебя нет чести!”
Предсмертный крик женщины-генерала тем самым эхом из колодца доносился до его слуха.
– Однажды я убил человека, – внезапно, даже для самого себя, произнес Хаджар. – он хотел уничтожить всех слабых, чтобы в мире остались лишь сильные. И тогда, если каждый силен, не было бы никаких притеснений. Не было бы войн. Лишь покой. Ведь сильный и сильный, это…
– Взаимное уничтожение, – закончила за Хаджара принцесса. – Звучит жутко, но… логично.
Хаджар кивнул.