Даже несмотря на клятвы этого Иераса, способы расколоть его есть и это лишь вопрос времени. Напрашивается очевидный вывод, что отравление дело совсем других рук.
— Что с послом?
— Наблюдаем. Ничего особо интересного. Наводит свои порядки в посольстве, налаживает связи со шпионской сетью Арганды, в общем действует в рамках своих полномочий. Никаких подозрений, насчёт событий на приёме не выказывает.
Вот и хорошо. Надеюсь хоть с этой стороны если не избежать проблем, то хотя бы отсрочить. Устало откидываюсь на спинку своего кресла.
— Ваше величество, можно вопрос? — врывается в мои мысли голос Гиерно.
— Спрашивай. — вскидываю я брови.
— Вы абсолютно уверены, что она потеряла память? — в его взгляде горит интерес, щедро приправленный подозрениями. О ком речь, спрашивать не надо, и так понятно.
— Абсолютно.
— И что вы думаете, что забыв всё, она стала другим человеком? — недоверчиво спрашивает мой друг детства и я вижу в его глазах отголоски ненависти, давней, застарелой, как и моя.
— Она совершенно точно стала другой. У меня есть основания так считать. — Твёрдо сообщаю я, смотря ему в глаза. Не нравится мне это. В преданности Гиерно я никогда не сомневался. Но преданность мне не исключает его действий в своих интересах.
— Очень надеюсь, что вы правы. — Безопасник прикрывает глаза, пряча свои сомнения и склоняет голову. — Тогда, с вашего разрешения, я пойду работать.
— Лучше иди спать. Ты мне живой нужен. — замечаю я, рассматривая бледную физиономию.
— Ещё успею. — криво ухмыляется друг, поднимаясь с кресла. — Доброй ночи, ваше величество.
— И тебе. — киваю я и провожаю глазами удаляющуюся спину.
Оставшись один, некоторое время гоняю в голове разрозненные факты, догадки и предположения, пытаясь сложить их в одно целое. А потом понимаю, что мозги после почти суток бодрствования уже совершенно не желают работать.
Вернувшись в свои покои, я первым делом иду в ванную, где позволяю себе смыть эту дикую усталость и хоть немного сбросить напряжение. Гиерно я сказал только частичную правду. Чрезмерные ожидания дам, раньше скрашивающих мой досуг, действительно имели место быть. Но главная причина их отставки была в другом. Я никого из них не хотел. Сейчас мои мысли занимала совершенно другая женщина.