Истан вас силой в поля повез показать, что ничего не делается, что народ уходит, что скот продать пришлось. А вам только хуже стало тогда. Вот тогда они меня силой привели.
— А барон, за которого выдать хотели?
— А барона того ваш отец взашей тогда выгнал, мол, графиня ни за что титул не продаст. А когда умер, братья и сговорились, мол, может, хоть замужем оживет, ребеночка родит. Слышала я их разговор.
Для меня вдруг открылось столько нового, что перехватило дыхание. Значит, эти тюфяки не так уж и дурны. А Алисия – слабая девчонка, смирившаяся с бедой, которая пришла в дом.
— Пора мне, госпожа. Темнеет, надо еще веток набрать, чтобы очаг затопить, да взвара наделать. Завтра я к вечеру навещу вас. Напою отваром. Сил даст, да покоя. Не зря лесные братья мне шептали, что госпожа другой родится. Думала не слышу больше, голова в пелене туманной, а вишь, значит, слышу еще. Правду сказали братья. Ученицу мне они не дали. Плохо то. Кто останется, когда я в болота врасту?
— Тебе еще жить и жить, Кариса. Не торопись в свои болота.
— Значит, будем. Братьям положу подарок за верное известие, а вам потом расскажу, что они мне еще сказали. Только не вздумайте их гневить.
— А как их можно разгневать?
— В лесу песен не пойте. Не любят они. Да спрашивайте, прежде чем чего взять. Даже если и веточку одну, все равно спроси, можно ли.
— А как они ответят? – я поняла, что сеанс адекватной беседы закончен и теперь начался бред, но обижать или путать старушку, что была младше меня лет на двадцать, я не хотела.
— Как всегда - ветерок на лице почуяла, значит, это они шепнули, что можно.
***"
"Вечером я разложила семена капусты на тряпке, прикрыла и, смочив, прибрала в угол, где нет солнца. Так дело пойдет быстрее. Надеясь за день отыскать хорошее место для своих посадок, я готова была с завтрашнего дня и сама взяться за лопату.