— С бароном? Ты в своем уме? Никакого барона здесь не было! – совершенно веря в то, что говорит, прокричал в ответ брату Варис.
— Был. Он оставил мне письмо. В письме он написал, что наша сестра выгнала его, и теперь у нас почти не осталось шансов. Никакой тебе магистратуры, дорогой Варис, а Грегори так и не заполучит учителя. Я молчу о себе, раз уж все здесь считают меня врагом, - совершенно изменившимся голосом проблеял Истан, и братья положили ложки. Теперь три пары глаз смотрели на меня.
— Да, я выгнала его, но я обещала вам, что к следующему году у нас будут деньги.
С Истаном нужно было что-то делать. Он был ложкой дегтя в бочке с медом. Его ядовитое настроение могло не просто подорвать мой авторитет. Самое главное, «ударить по рукам» моим мальчишкам, которые сейчас «горят» своим делом, искренне получают удовольствие от своих поделок. И видят, как они необходимы.
Я сначала обошла дом и пришла к озеру, но потом решила пройтись к полю.
— Госпожа, вам не сидится дома ни днем, ни вечером. Да и сейчас, в самое пекло вы идете на поле. Я, как сейчас вас, вижу вашего отца. Он приходил на эти поля всегда, когда думал или когда устал. Я от него перенял эту привычку, - старый Рамин увидел меня издали и начал говорить со мной еще метров за пятьдесят.
— Рада видеть вас, Рамин. Какими судьбами?
— Говорю же, ваш отец научил ходить сюда к реке и думать.
— Могу я узнать, о чем вы сейчас думаете?
— Чтобы не думать о своем? – прищурив глаза и наклонив голову, спросил он.
— Да, - честно ответила я и улыбнулась.
— Это вам не поможет, госпожа, потому что я думаю о том же…
— О чем?
— О вашем брате, господине Истане.
— Откуда вы знаете, что я думаю о нем?
— А в остальном у вас все хорошо, госпожа. Несмотря на засуху, рассада приживается, ваши два других брата трудятся не покладая рук, зерно мы нашли, и немного хлеба каждый день могут иметь все семьи.