– Ни я, ни ты, ни она… А, допустим, кто-то из тех, кого арестовали и расстреляли."
"– Это как так? – не понял Стратег.
– А вот так, – проговорил Лихой. – Он нас предал, а они его расстреляли. Фашисты. Они и своих стреляют. Что с них возьмешь?
– Ну, это вряд ли, – засомневался Стратег. – Зачем им пускать в расход такого ценного человека? Разумнее оставить его живым в нашем же городе. Или в каком-нибудь другом. Чтобы он всячески вредил и шпионил. Война-то еще не окончена.
– Может, и так, – согласился Лихой.
– И что же нам делать? – спросила Ласточка.
– Искать иуду, – сказал Лихой. – Что же еще?
– И как мы будем это делать? – поинтересовалась Ласточка.
– Вот чего не знаю – того не знаю! – вздохнул Лихой.
– Зато я знаю! – сказал Стратег.
– Это как так? – спросил Абдулла.
– Путем логических рассуждений, – сказал Стратег. – Только так, и никак иначе. Потому что в противном случае перегрыземся и начнем подозревать друг друга в иудстве. Всерьез и основательно. И что будет дальше – неведомо. Может, вцепимся друг другу в горло, может, станем доносить друг на друга властям, может, еще как-то по-иному поступим… Не имея на все перечисленное мною никаких оснований, кроме недоверия друг к другу и взаимной ненависти.
– Значит, открываем следствие по делу разгромленной подпольной организации под названием «Салгир»? – иронично произнес Лихой. – Ну-ну… И кто же будет у нас главным следователем?
– Все мы будем следователями! – воскликнул Абдулла. – Ты – для меня, я – для тебя!
– Много же мы расследуем таким-то способом! – еще с большей иронией произнес Лихой.
– Я не буду тебе врать! – с яростной энергией воскликнул Абдулла. – Зачем мне врать? Я честный человек!
– И я тоже честный человек, – покачал головой Лихой. – И все мы здесь честные люди. Но наших товарищей все же кто-то предал…
– Просто-таки буржуйский детектив! – печально усмехнулась Ласточка. – До войны я училась в институте, изучала филологию. Так что знаю… В литературе очень любят такие сюжеты.