Ну, может, еще сорбенты какие-нибудь дать. И все, через пару часов был бы как огурчик, не считая головной боли и чувства глубокого раскаяния. А так — целая история с госпитализацией, анализами, наблюдением… Лишняя суета и трата ресурсов.
Отец Филиппа, барон, тоже, похоже, не горел желанием терять свое драгоценное время из-за очередного загула оболтуса-сына. Тем более второго. Значит есть первый — наследник. Он стоял с каменным лицом, лишь изредка бросая на отпрыска гневные взгляды.
Видно было, что ему вся эта ситуация поперек горла.
— Ах, Филечка, ну что же ты так! — причитала она. — Вдруг ему хуже станет? Господин лекарь, вы уверены, что нужно в больницу? Может, дома ему лучше помогут? Мы вызовем лучших лекарей. У Афанасия в контактах даже магистр первого класса есть. Он поможет но из Владимира только через пару дней может приехать.
Магистр первого класса это восьмой ранг в местной иерархии Гильдии Целителей. Недурные у них связи, конечно.
Григорий тут же проявил просто чудеса сверхзаботы и участия.
— Ваше благородие, — обратился он к баронессе с самым сочувствующим видом, на какой был способен. — Состояние вашего сына, хоть и стабилизировалось, но требует тщательного наблюдения. Последствия приема неизвестных веществ могут быть непредсказуемы. Лучше перестраховаться и провести несколько дней под присмотром квалифицированных специалистов.
Я едва сдержал усмешку. Ну, Григорий, ну, артист! Сразу стало понятно, к чему он клонит. Стандартная схема: напугать богатых клиентов, настоять на ненужной госпитализации, а потом, как бы невзначай, получить от них щедрые чаевые за проявленную заботу и спасение наследника.
Стерпеть такое я не мог. Это уже не медицина, а какой-то базарный развод.
— Ваше благородие, — я шагнул вперед, обращаясь к барону, который выглядел самым здравомыслящим в этой компании.
Григорий аж задохнулся от возмущения. Лицо его пошло пятнами.