— Светлан, кофе выпить не хочешь? Я угощаю.
Заторможено моргаю. Сколько лет я не ходила с мужчинами на кофе? С юности.
В памяти сразу всплывает Лешка Ефремов — мой одноклассник. В одиннадцатом, он часто звал меня в бистро через дорогу от центральной площади. В нашем поселке с заведениями в принципе была напряженка.
— Уже поздно, — проверяю время. Половина второго ночи.
— Двадцать минут. Поехали, расскажешь, что у тебя там случилось.
— А у меня что-то случилось? — смотрю на Евгения и понимаю, что его простятский тон меня раздражает.
— Ты сама сказала. Какие-то личные проблемы. Разве нет?
Смотрим друг на друга не моргая. Пока я соображаю, что ответить и стоит ли дерзить, мой новый знакомый огибает капот и залезает в салон.
— Тут недалеко есть круглосуточная шаурмичная. Там готовят хороший кофе, Светлана.
Шаурмичная…
Света, тебе скоро тридцать, а ты тратишь свою жизнь на козла мужа и мужика, который зовет тебя в шаурмичную.
Боже, куда катится моя жизнь?
— Едем?
Евгений пристегивается и упирается в подлокотник.
— Ладно, — сдаюсь, исключительно из интереса.
Мужик в спортивном костюме, на дорогущем мерсе, у которого есть свой юрист, зовет меня в шаурмичную. Что будет дальше? В забегаловке из-за штор выскочат люди и закричат «розыгрыш»?
Трогаюсь и медленно выезжаю на пустынную дорогу. Едем молча. Евгений залипает в телефоне, я же, не отрываю взгляд от своей полосы.
— А вы чем занимаетесь, Евгений? В смысле, кем работаете?
— Интересного мало. В основном инвестициями.
— В нашем городе? — не могу сдержать смешок. Ойкаю и извиняюсь. — Во что здесь инвестировать?
— Не только в нашем городе, — он отвечает спокойно. Его мои дурацкие реакции не напрягают и не задевают, слава богу.
— Ясно, — поджимаю губы и сворачиваю к заведению с горящей вывеской. Снаружи выглядит не как клоповник.
Внутри, кстати, тоже.
Присаживаюсь. Евгений занимает место напротив, после того, как заказывает для нас кофе.
Осматриваюсь и улыбаюсь.
Мой новый знакомый приподнимает бровь. Смотрит с интересом.
Теперь-то я прекрасно вижу цвет его глаза. Серые. Не безликие, как это часто бывает. А очень яркие и выразительные.
— Что? — спрашивает, рассматривая меня так же пристально.