– Одного не понимаю, – задумалась Роза, – почему, когда что-то случается, мы оказываемся в центре событий?
– Второй год я задаюсь этим вопросом, – печально улыбнулся Артур, – видимо, судьба!
– Упс! – У Виолы расширились глаза.
Амалия ходила взад и вперёд по дорожке рядом с липами и с кем-то нервно говорила по телефону.
– Не нравится мне это, – меланхолично заметил Люк.
Глава двенадцатая
Концерт
Артуру, Виоле, Розе и Люку казалось, что они близки к развязке, но последующие два дня оказались довольно монотонными.
– Хочу передать, что у меня на душе, – объяснял он каждому, кто хотел слушать.
Софи, которой так и приходилось дежурить в столовой вместе с Эмилем, Марком и Бахом, выучила песню. Нет, не о несчастной любви, как подумала сначала Роза, а о том, что рассчитывать в жизни нужно только на себя.
– Всё было как-то лиричнее, тоньше. Вы ведь помните, миссис Робертс? – спрашивал он.
Сущий Кошмар кивала и вспоминала, что в юности обожала совсем новое тогда музыкальное направление – панк-рок. Но Дубу о том не рассказывала, у него и так нервы были не в порядке. Он помнил своё обещание передать дело полиции после финального концерта и сам боялся этого решения.
– Ну не могу я пустить всё на самотёк, не могу! – жаловался он сам себе в зеркало перед сном.
И всё равно не мог заснуть чуть ли не до утра. Забывался на пару часов и бормотал едва слышно:
– Лишь бы всё было мирно!
Художники готовили выставку рядом с эстрадой, кто-то разучивал современные танцы, в общем, суматоха стояла полнейшая. Четвёрка решила выбрать отрывок из знаменитого детектива «Еловые веточки», тиражи которого давно превысили мыслимые и немыслимые масштабы.
Четвёрка пряталась за пирсом, куда остальным было лень ходить, ведь место купания было в другой стороне.