– А заодно и выяснить, откуда у этой убогой столь мощный магический всплеск...
63. Что ж, подождем
Виктория
Большую часть дня мы потратили на то, чтобы доделать комнату детей и обустроить задний двор. Так получилось, что на рынке были куплены качели и садовая мебель, которая мне настолько понравилась, что я не могла дождаться, когда мы всей семьей усядемся на нее под развесистую крону векового дерева, чтобы отдохнуть душой и испить липовый чай со свежеиспеченной сдобой."
"Энкель и Самира светились счастьем.
Когда с обоями было покончено, мебель расставлена по местам, новые шторы занимали свое место, книги и игрушки расположились на полках, а ковер и мелкие детали интерьера красовались на полу и тумбочках, я смогла внимательно оглядеть детскую, понимая, что мне она нравится. Хотелось закончить с ней как можно скорее, поэтому на нее были брошены все силы – служанки, я и Кристиан. Даже пару охранников помогали, подавая и придерживая, если требовалась помощь.
Во дворе тоже кипела работа. Оставшийся садовник с другими мужчинами, отвечающими за безопасность дома, разбирались с качелями и расставляли по отведенным мною местам два столика и удобные стулья со спинкой.
Во время блуждания по рынку мы знатно вымотались, но все же нашли в себе силы довести до ума намеченное.
Амелиста тоже активно принимала участие. Она, видимо, пыталась отвлечься от того, что неприятным осадком отложилось от прогулки по людному месту.
«Вот скажи? – спросила у нее мысленно. – Бабушка Милдрет и наш повар… они чисты душой?»
Амелиста ответила не сразу.
«В них есть чернота, но она не от злости, а от потери любимых, – ответила мне богиня спустя несколько минут тишины. – Такой след навсегда остается в душе и, увы, далеко не в белой цветовой гамме…»
«Служанки?» – продолжила я, провожая взглядом одну из них.
«Вика, я посмотрела всех. Они не чисты, как ты, но и ничего серьезного я обнаружить не смогла. Зависть, недоверие, разочарование…»
«Ну, зависть понятно, а вот остальное-то здесь причем?» – хмыкнула мысленно, усаживаясь в кресло и вытягивая ноги. После долгих хождений они неимоверно гудели.
«Как причем? – усмехнулась Амелиста.