Некоторые, особенно откровенные, доставляли невыносимую боль, будто изощренные пытки. Наблюдая, Михаил достал из бардачка пачку «Мальборо» и закурил, хотя дал себе обещание навсегда избавиться ото всех вредных привычек. Особенно от той, что заставляла его вспоминать о Маше. А сейчас и вовсе наблюдать за ее свиданием. И это несмотря на обещание Михаила не лезть в ее личную жизнь.
— Черта с два я стану посаженным отцом на их свадьбе! — буркнул он, щелкая зажигалкой. — Этот малец недостоин Маши. Лучше я сам найду ей подходящего мужа.
Эта мысль пришлась ему по вкусу, и он принялся смаковать ее, перебирая в уме кандидатов. Подходящих не нашлось. Но, по крайней мере, это занятие отвлекло от настоящего. С каким-то мрачным оцепенением и холодной отрешенностью Михаил наблюдал за происходящим на пляже. Вот Маша вышла из машины вслед за спутником. Они начали разговаривать.
Во время поцелуя сигарета выпала изо рта Михаила. И истлела до самого фильтра, пока он пытался приказать себе отвернуться. Ему казалось, будто все происходит по обоюдному согласию.
Ну, гормоны разыгрались, с кем не бывает? В конце концов, Маша сама говорила, что уже совершеннолетняя. И имеет полное право распоряжаться своим телом, как ей вздумается. И вообще. Он, Михаил, ей, по сути никто. Вот если бы он был отцом, то непременно вмешался. Отшвырнул бы сопляка, решившего лишить Машу девственности на ночном пляже.
А вдруг она ее уже потеряла? С этим же парнем? И это не первая их совместная ночь?.
— Мать вашу!.. — не сдержался Михаил.
И тут заметил, что Маша совсем не рада происходящему. Напротив, она сопротивляется, хочет ударить парня. Но не умеет постоять за себя.
Когда же блондин схватил ее за волосы, сомнений не осталось. Маше была нужна помощь. И она ее получила.
Михаил преодолел разделявшее их расстояние быстро, словно бешеный ураган. Он расслышал последние слова парня и, поднимая его за шиворот над землей, проговорил, не скрывая ярости:
— Я бы на твоем месте не был в этом уверен!
Михаил не считал себя принцем, хотя его железный «Бентли» был действительно белым.
Но это уже мелочи.
— Эй! — взвыл блондин, больно ударившись о песок. — Ты че творишь, папаша?! Шел бы ты отсюда.
Лишенный долгожданной забавы Ларс не сразу понял, с кем имеет дело.