А ее жалость, обычно, приводила его в ярость. Но сегодня, несмотря на произошедшее, эльф был, на удивление, терпелив и спокоен. Он, в очередной раз, медленно показывал ей каждое движение. Только колеблющееся пламя огненного смерча говорило ученице о его истинных чувствах.
Тренировку они завершили около полуночи, когда Райга уже вымоталась до предела, а движения эльфа постепенно стали скованными из-за раны на плече. Магистр Лин сжалился над ней и открыл портал прямо в комнату Пламенной, не заставляя преодолевать двор и лестницы замка.
Девушка прошла следом за ним через портал. Эльф аккуратно положил на стол деревянный хаотаки и поправил у пояса свой. Глухая тоска на другом конце источника был настолько осязаема, что Райга не выдержала и положила ладонь ему на голову. Она ожидала громов и молний, но магистр только шумно выдохнул и прикрыл глаза. Через пару мгновений девушка убрала руку и спросила:
— Что вам грозит за неповиновение?
— Пока нет никакого неповиновения, — равнодушно пояснил он.
— А лайе Меллириссиэль? — настороженно спросила Райга.
— Мать считает, что я волен поступить так, как считаю нужным и правильным.
Пламенная немного помолчала, а затем призналась:
— Не хочу, чтобы вы теряли родственные связи из-за нас.
Язык не повернулся сказать “из-за меня”, хотя это было бы правдой.
Магистр, в свою очередь, коснулся ее головы, утешая, но ничего больше не сказал. Молча развернулся и ушел. Райга убрала оба учебных хаотаки и отправилась в ванную.
Пламенной ужасно не хватало Сил, но она стеснялась спросить у наставника, почему не приходит эльфийка.
Сон пришел почти сразу. Райга снова понимала, что спит, и видит происходящее не своими глазами.
На этот раз, она стояла перед зеркалом. С полированного стекла на нее смотрело знакомое лицо Райери.