Тихон даже избавился от галстука, хотя в последнее время Фрося только в при полном параде парня и видела, в пиджаках да галстуках.
– Слушай, я бы предложила порулить, но боюсь, не справлюсь с такой махиной, – пробормотала девушка.
– Кто ж тебя, деточка, за руль пустит? – фыркнул Ирбис.
– Ну, как знаешь, – отмахнулась Фрося и отвернулась к окну.
Погода стремительно менялась. Вьюга разыгралась словно по волшебству. И Тихону пришлось сбросить скорость, пробиваясь вперед. Здесь, на магистрали особых проблем ухудшающаяся погода не создавала.
Невольно Фрося начала волноваться. Тихон оставался предельно серьезным, молчаливым, сосредоточенным. Собранность парня придавала девушке уверенности, однако волнение никуда не исчезало.
– Не переживай, Рыжик, все хорошо будет, – негромко произнес Ирбис, когда машина, преодолев развилку, плавно вошла в поворот.
Уже стемнело, снежная стена превратилась в непроглядную вату, но Тихон уверенно вел джип вперед.
– Завязывай нервничать. Расскажи лучше, как учеба? Нравится? Первый курс самый сложный, – заговорил Ирбис.
Фрося пожала плечами. Да, нужно отвлечься. Нужно подумать о чем-то другом, а не о том, что автомобиль с каждым километром замедляет ход. Очевидно, что специализированной техники на дороге нет.
– Да в порядке все, – ответила девушка. – Я вообще не нервничаю, если что.
– Ну, конечно, – хмыкнул Ирбис. – Руки сжала так, что косточки побелели. И губы искусала. Прекращай, Рыжик.
– Я не...! – начала Фрося, но осеклась, перехватив насмешливый взгляд парня. – Ладно, хорошо. Да. Я нервничаю. И ты прекрасно знаешь причину, Ирбис!
– Рыжик, если твоя мама погибла в аварии, это не значит, что и мы сейчас разобьемся, – непривычно мягко, совсем не насмешливо заговорил Ирбис, а Фрося настороженно взглянула на парня, переключив внимание с дороги на него.
Тихон на секунду умолк и протянул крупную ладонь к ледяным девичьим пальцам. Фрося вздрогнула. Не ожидала, что Ирбис схватит ее за руку. Не готова была. Но было очень приятно. Потому что кожу вмиг обожгло теплое касание.