– Ты что делаешь?
– Душу Ваню, – мы с Кудряшовым синхронно повернули головы в его сторону.
– Вера, перестань душить Ивана!
– Все! Пирожков больше не получишь! – Убрала руки от айтишника. – Оба!
– Лучше придуши! – Иван картинно подставил шею.
– А я-то за что?! – возмутился Ревский.
– Юмористы! – фыркнула и выскочила из кабинета Кудряшова, закрыв плотно дверь. До меня тут же донесся дружный мужской смех.
Кое-как, но настроиться на рабочий лад получилось. Но возникла другая проблема: каждый раз, когда мы с Ревским случайно касались друг друга, он не убирал сразу свою руку, а я не могла отнять свою.
Мы опять одновременно схватились за мышку. Сердце ухнуло в пятки и подскочило вверх.
– Я вам не помешал? – раздался бодрый голос Кудряшова. – Влад, тут…
– Я заберу проект позже, – сказала Ревскому, и выскочила из кабинета, пытаясь унять громыхающее сердце.
***Работать стало невыносимо! Ревский постоянно где-то витал, и мне приходилось повторять ему по нескольку раз, чтобы он наконец-то понял, о чем идет речь! Складывалось такое ощущение, что он расслабился, и никак не хотел возвращаться в прежнее состояние.
Правда, перед запуском третьего блока «Amazday» Ревский все-таки «включился», к моему огромному облегчению.
Мы с Егором тоже оказались в числе приглашенных. Мне стоило большого труда откреститься от роли свидетельницы. Самой было смешно от своих доводов, но Наташа согласилась потому, что выполнять эту роль, и смотреть за Егором было бы проблематично.
Но вот как раз проблем с Егором не возникло совсем! Григорьевы были тоже приглашены, как старые друзья семьи Ревских.