Ну уж, от греха подальше! Что-то мне не хотелось таких близких контактов с мистером Айс.
Вельская искала себе съемную квартиру. Но пока не очень успешно. С ремонтом стоили дорого, а без ремонта жить с грудным недоношенным ребенком как-то не стоит. Правда, у нее получилось найти заказ на редакцию статей, и она собиралась подрабатывать копирайтером. Все-таки, чтобы платить за квартиру и кормить ребенка, одного пособия будет недостаточно. К ней вернулась уверенность, и просто так Наташа теперь не сдастся! От заплаканной и несчастной девушки, которую я встретила в приемной родильного отделения, не осталось и следа.
И, несмотря на то, что я целыми днями зашивалась в «Медиаграде», Наташа сидела со своей малышкой, успевала смотреть за моим сыном, писать статьи и искать квартиру, мы были счастливы. Наверное, это свое, какое-то особенное счастье, которое не понять со стороны. Но так оно и есть. Единственное, что выбивало Наташу из ритма, были звонки ее матери. Старшая Вельская не звала дочь обратно. Нет. Точнее, каждый раз говорила о том, что та сможет вернуться, если оставит Машу, или пусть их обеспечивает ее папаша.
Я пришла с работы. На часах: начало десятого! Завтра запуск первого блока. Встать бы еще. Егор уже спал. В моей комнате свет не горел, видимо Наташа, и Маша тоже спят.
– Наташа, – тихо позвала я теперь уже свою подругу. – Ты чего? Что случилось?
– Все хорошо, Вера. Прости. Все, правда, хорошо.
– Вставай. Пойдем на кухню, чтобы не разбудить Машу, и ты мне все расскажешь, – я протянула свою руку. Если Наташа не захочет, не буду настаивать, но Наташа пошла.
Я налила нам обеим чай. Есть я не хотела. Наташа сказала, что она ужинала вместе с Егором.
Вот и славно.
– Что случилось? Опять мама звонила? – спросила я, так как это была единственная до этого причина, которая могла расстроить Наташу.
– Звонила, но она тут не причем. Я ее предупредила, чтобы больше не лезла со своими советами. Но, думаю, это бесполезно. Теперь она хочет, чтобы я просила денег у отца Маши, и подала на алименты.