– Ты бы позвонила ему все-таки, – заботливо сказал он. – Может, зря ты вчера так убивалась. Просто у него действительно случилось что-то непредвиденное.
– Я не знаю его телефона.
– Интересное дело! Что же это у вас за отношения были?
– Такие вот… – Анна помолчала. – Дурацкие отношения. Мы и познакомились-то совсем недавно, дней десять назад. Он мой телефон взял, а свой не оставил. Да и не нужно было, он же каждый вечер приходил ко мне на «Профсоюзную».
– А в выходные, когда ты не работала?
– Звонил днем, и мы договаривались о месте встречи.
– А со мной?
– А с тобой получится. Ты совсем другой.
– И замуж за меня пойдешь?
Анна долго смотрела на него, не произнося ни слова, и Парыгин вдруг увидел, какие у нее огромные желто-зеленые глаза. И ресницы длиннющие. И вообще она совсем не уродина, вот только нос подкачал, слишком длинный.
– Пойду, если позовешь, – наконец сказала она.
– Уже позвал.
– Почему? Ты же меня совсем не знаешь.
– А мне и не нужно тебя знать. Вполне достаточно понимать, что мне хорошо сидеть с тобой на кухне и разговаривать. И готовишь ты просто замечательно. И в постели ты великолепна. Только не жди от меня слов любви, я уже немолод, чтобы этому учиться, так что не обижайся, ладно? Я буду хорошим мужем, честное слово. Ты согласна?
– Да. Если ты не передумаешь.
На мгновение он забыл, что играет. Черт возьми, а не жениться ли ему и в самом деле на этой девице? Не помирать же бобылем.
– Я не передумаю, – очень серьезно сказал Парыгин.
– Я могу тебе чем-нибудь помочь? – спросила Анна.
– Можешь. С твоей помощью я сделаю это намного быстрее. Чем быстрее раздобудем деньги, тем быстрее пойдем в загс. Годится?
Она кивнула, взяла Евгения за руку и прижалась щекой к его ладони.
– Я все сделаю, Женя.